Инспектор Ребус расследует кражу антикварных книг и смерть женщины, найденной в воде. Неожиданно полиция задерживает влиятельного парламентария в борделе, что грозит громким скандалом. Детектив вынужден распутывать опасную паутину интриг, где каждый скрывает смертельные секреты.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Битая карта» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Инспектор Ребус расследует кражу антикварных книг и смерть женщины, найденной в воде. Неожиданно полиция задерживает влиятельного парламентария в борделе, что грозит громким скандалом. Детектив вынужден распутывать опасную паутину интриг, где каждый скрывает смертельные секреты.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ариф Васильевич Сапаров Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Инспектор Ребус расследует кражу антикварных книг и смерть женщины, найденной в воде. Неожиданно полиция задерживает влиятельного парламентария в борделе, что грозит громким скандалом. Детектив вынужден распутывать опасную паутину интриг, где каждый скрывает смертельные секреты.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Надеюсь, мы успеем зайти еще куда-нибудь… в достойное тебя место.
— Не нарывайся, свинтус.
Ребус опустил глаза в свою кружку, размышляя о различных смыслах высказывания Пейшенс. Потом в его поле зрения возник кто-то из вновь вошедших, и Ребус с места помахал ему. Молодой человек подошел к ним, устало улыбаясь.
— Не часто доводится видеть вас здесь, инспектор Ребус.
— Садись. Я угощаю, — сказал Ребус. — Пейшенс, позволь тебе представить: один из лучших молодых репортеров Шотландии — Крис Кемп.
Ребус встал и направился к бару. Крис Кемп подтащил к их столику стул и сел, предварительно проверив его на прочность.
— Не иначе ему что-то от меня нужно, — сказал он Пейшенс, кивая в сторону бара. — Он знает: немного лести, и из меня можно веревки вить.
Не то чтобы это была бессовестная лесть. В Абердине Крис Кемп не раз получал премии за работу в вечерней газете; в Глазго, куда он потом переехал, его назвали лучшим молодым журналистом года; оттуда он переместился в Эдинбург, где последние полтора года пытался, по его собственному выражению, «расшевелить болото». Все знали, что настанет день — и он уедет на юг. В Шотландии ему «расшевеливать» практически нечего. Он и сам это знал. Это было неизбежно. Его держала здесь только подружка-студентка, которая через год заканчивала университет и слышать не хотела о переезде на юг, по крайней мере до диплома…
Когда Ребус вернулся от барной стойки, Пейшенс уже знала про него все это и еще немного. В глазах у нее стояла скука, чего Крис Кемп — при всех своих замечательных качествах — не замечал. Он говорил, а она, слушая его, думала: стоит ли Джон Ребус всего этого? Стоит ли он всех тех усилий, которые ей, похоже, придется затрачивать всю жизнь? Она его не любила и на этот счет не обманывалась. Да, «любовь» несколько раз случалась в ее жизни, но давно, в ранней юности и потом, когда ей было немногим больше двадцати, нет, было еще и в тридцать с чем-то. И всегда это заканчивалось либо никак, либо мерзко. А потому теперь ей казалось, что «любовь» может с одинаковым успехом означать как начало отношений, так и их бесславный конец."
"С подобными случаями она не раз сталкивалась в своем врачебном кабинете. Она видела мужчин и женщин (чаще женщин), сломленных любовью, по-настоящему больных оттого, что они слишком сильно любили и не нашли взаимности. Любовь становилась для них неотвязной болезнью, как у детей воспаление среднего уха, а у стариков стенокардия. И от этого недуга у доктора Эйткен не было лекарства — ничего, кроме слов сочувствия.
Время лечит, могла она сказать в минуту откровенности. Да, оно залечивает рану, и на ней нарастает корка — жесткая, но надежная защита. Именно так она воспринимала себя: несентиментальная, надежная, способная защитить.
