Инспектор Ребус расследует кражу антикварных книг и смерть женщины, найденной в воде. Неожиданно полиция задерживает влиятельного парламентария в борделе, что грозит громким скандалом. Детектив вынужден распутывать опасную паутину интриг, где каждый скрывает смертельные секреты.
Может быть, они не заметили, что в «Вересковом доме» есть зал со столиками. Все трое выглядели слегка помятыми и явно навеселе. Лицо женщины в обрамлении крашеных платиновых волос производило жуткое впечатление. Щеки у нее были слишком красные, а веки слишком черные. Сделав затяжку сигаретой, она выгибала шею и выдыхала дым в потолок. Ребус попытался посчитать число складок у нее на шее. Может быть, тут работало правило годичных колец на дереве…
— Прошу. — На подставку перед ним бармен поставил пинту пива, Ребус протянул ему пятерку.
— Тихо у вас сегодня.
— Середина недели, да и не сезон, — заученно проговорил бармен. — Позже народу будет побольше. — Он направился к кассе."
"— Нам еще раз то же самое, когда освободитесь, — сказал англичанин, единственный из троих, кто уже опорожнил свой стакан. Ему было под сорок — меньше, чем женщине. Вид у него был подтянутый, процветающий, но слегка хулиганский. Что-то было такое в его фигуре — в том, как он сутулился, словно нависая над стойкой, того и гляди рухнет на пол или бросится на жертву. Его голова слегка покачивалась в такт с движениями сонных век.
Третий из группы был самым молодым — лет тридцати пяти. Он курил французские сигареты и смотрел на бутылки над стойкой. Либо на бутылки, либо на меня в зеркало, подумал Ребус, как я смотрю на него. Да, не исключено. Этот третий как-то нарочито стряхивал пепел с сигареты. Ребус обратил внимание, что и курит он, не затягиваясь, — удерживает дым во рту, а потом разом резко выдыхает. Если его спутники по-прежнему стояли, то он уселся на высокий табурет у стойки.
Ребус вынужден был признать, что он заинтригован. Невероятная троица. И похоже, это только начало…
В зал вошли двое новых посетителей и, судя по всему, вознамерились там остаться. Бармен поспешил к ним, и это дало повод для обмена репликами между двумя мужчинами и женщиной.
— Черт побери, ну и хамло. Он нас так и не обслужил.
— Успокойся, Джейми, мы вроде не умираем от жажды.
— Ты уж говори за себя. Я и не почувствовал, как выпил. Нужно было вообще четвертную заказывать.
— Допей мою, — сказала женщина, — только не заводись.
— Я и не завожусь, — сказал сутулый, хищного вида англичанин, который и точно завелся.
— Тогда иди в жопу.
Ребус едва сдержал ухмылку. Женщина произнесла это так, будто обменивалась любезностями с приятелем.
— Иди сама в жопу, Луиза.
— Ш-ш-ш, — остерегающе зашипел на них тот, который курил французские сигареты. — Не забывайте, мы здесь не одни.
