Автор
Осенью 1905 года. Он думал: "Где же они пойдут? Вновь, как и в прошлом месяце, на переправе или по опушке Горелого леса? Никаких сомнений — обязательно пойдут. Уполномоченный СОЧ и эмиссар НСНП знают это точно." Вопреки ожиданиям, этот неразговорчивый докладчик готовит нечто большее, что взорвет тихую жизнь местных жителей....
ЦК Компартии Белоруссии просит вас отпустить как уроженца здешних мест. Мы возражать не будем, да и не правомочны.
Выйдя из здания управления, Прохоров сказал облегченно:
— Вот такие, Аркадий Павлович, дела. Я думал, что нас обвинять будут.
— Выходит, не за что обвинять да наказывать. Мы уже и так наказаны смертью Иллариона. Эх, Илларион, Илларион! Рубака мой дорогой!
Васин долго, слишком долго, как показалось помполиту, отпутывал ременный повод от коновязи.
— Ну что, поехали, Дмитрий Иванович? Надо засветло домой добраться.
Есаул Мещеряков
Летом 1930 года, спустя два месяца после описанных событий, на окраине одного из сербских городов, в отдельно стоящем особняке, где размещалось «Общество патриотов России», появился новый человек. Один из подручных этого «общества» представил его как их единомышленника господина Падалкина, бежавшего от «ужасов» Совдепии. Падалкин — так по паспорту теперь именовался Игнат Мещеряков, пробравшийся через красные кордоны в заграничные края.
"Сначала, уйдя в Польшу, Мещеряков всерьез думал, что будет вести безбедную и спокойную жизнь, может быть, наладит какое-нибудь свое дело. Однако безбедная жизнь продолжалась, пока не промотал деньги. А вот в покое Игната не оставили: не для того, видно, переправлял его за кордон, снабжал фальшивым паспортом полковник Овечкин. Из Польши Мещерякова-Падалкина препроводили в Сербию, и вот эта беседа в «обществе патриотов».
— Итак, господин хороший, погуляли и будет-с. За то, что избавили вас от большевистского рая, надо поработать.
Так сказал ему на первой же встрече в особняке какой-то холеный в золотом пенсне руководящий «патриот».
— Где, как?— спросил Игнат.
— Надо подумать.
Но долго, очевидно, не думали. Таким, как Игнат, недавно прибывшим из СССР, знающим страну не по рассказам, а из собственного опыта, одна дорога — в шпионы. В условиях, когда большевики уверенно заявляют на своих партийных съездах об индустриализации страны и коллективизации сельского хозяйства, довольно успешно выполняют эту задачу, надо бы им напакостить при каждом подходящем случае.
— Это в наших общих интересах,— внушали они.
