А что если у него и в шкафу в отделе с нижним бельем лежат такие сюрпризы? С хоботками…
Пока хозяин Нод-Алора молча стоял согнувшись и позволяя мне его обнимать, меня трясло уже от настоящей истерики. Собственная пошлость в мыслях совсем не смущала, а картинки, которые подсовывало воображение, заставляли тихонько скулить. И вот только я начала более менее успокаиваться, как…
— И бегемотик. — шепнул он мне на ухо, не делая попыток вырваться.
Оооо!!! Аааа!!! За чтоооо?!! Уже живот болит смеяться, и такое чувство, что лицо скоро треснет от смеха. Ноги начали слабеть, и я стала медленно сползать на пол. И наверно продолжила бы рыдать сидя прямо на полу, но теплая рука не дала этого сделать. Она легла на талию и крепко держала меня.
Мир никогда не станет прежним, так как только что самый опасный человек в галактике превратился в тигренка. В зверски милого тигренка, и знаю об этом только я. Эмоции просто зашкаливали, и я крепче обняла мужчину, продолжая поливать его счастливыми слезами. Ну просто антидепрессант какой-то, а не человек. Каждый раз, когда у меня все плохо, он меняет ситуацию в диаметрально противоположном направлении.
В общем, стоим мы, обнимаемся, я рыдаю, он меня успокаивающе поглаживает по голове, и тут я понимаю, что народ перестал звенеть рюмками. Если бы я могла, то прижала бы уши, как испуганная кошка. Ой, что обо мне сейчас подумаююют… Так что нехотя отлипаю от плеча тигренка и поворачиваю голову к команде.
Они смотрят на меня с жалостью, а на Константина с признательностью. И тут я понимаю, как все это должно было выглядеть со стороны для тех, кто не видел наших модных кружек. В нашем стане трагедия, я рыдаю на плече не вырывающегося мужчины, он молчит с каменным лицом, я постепенно успокаиваюсь. Наверняка они, как большинство мужчин пасуют перед бабскими слезами, а уж успокаивать и вовсе таких не рвутся. А Константин мужественно выдержал, пока я ему сопли по плечам размазывала. Никто из них никогда не узнает, что я только что бессовестно ржала над этим мжчиной, а он скрипя зубами ждал, пока я прекращу пинать его гордость.
Это будет нашим маленьким секретиком, да, тигренок?
— Ваш кофе стынет, уважаемый Константин. — тихо шепнула я, убирая руки с его плеч.
— Благодарю за заботу, уважаемая Элиф. — так же тихо шепнул он, медленно убирая руку с моей талии.
Покивав в ответ, я направилась в сторону своей чашки, оставленной на кухонной тумбе, рядом с варочной панелью, по пути вытирая заплаканные щеки рукавом.
