Впереди бескрайние степи, где тянулся обоз монстров средневековой войны. Бояре в легких седлах стремительно пересекали русские просторы, а за ними — стада военной техники и юрты солдат. Атмосфера напряжения пронизывает каждый узел лагеря, готовясь к великой битве века....
У Андрея по спине пополз неприятный холодок. Он сглотнул, взялся за братчину и надолго припал к ней, заливая острый страх потоками холодного пива.
— Супруга твоя, княгиня Полина, наследство ведь давно уж получила? Так, княже?
— Если бы, — пробормотал он. — Тридцать лет тому ее еще и на свете не было.
Пиво не помогло. Гость почувствовал, что его только сильнее бросило в лихорадочный жар. Ведь он носил гордое имя князя Сакульского отнюдь не по праву рождения. Андрей, уже почти забывший фамилию из далекого туманного будущего — Зверев, — по здешнему присхождению был боярином Лисьиным, княжеский же титул получил по праву владения, взяв в жены юную княжну Полину Сакульскую.
И кто он получается теперь?
Никто?
Черный смерд?
— Эй, князь! Князь Андрей! Княже! — забеспокоился дьяк Кошкин.
— У меня ничего не забрать, — невольно сжалась в кулак рука Андрея. Впервые за много-много лет он начал сомневаться в том, что сделал правильный выбор. Что стоило защищать юного Иоанна от покушений, что нужно было служить ему верой и правдой, давая советы и бросаясь ради него в пекло больших и малых сражений. И закралась в голову вполне даже холодная мысль, что, имея две сотни холопов и несколько пушечных стволов, он вполне способен исправить сделанную ошибку.
— Не горячись, княже, не надо, — снова попросил боярин. — Иоанн справедлив и милостив. Честного слугу отчизны лишать не станет.
Зверев сделал глубокий вдох, выдох, снова взялся за братчину, большими глотками истребляя темное хмельное пиво.
— Ну и правильно, — кивнул дьяк. — Ну и хорошо. Переломать все вокруг нетрудно. Труднее целым в ненастные годы уберечь.
— Я ведь не один такой, — оторвавшись от братчины, выдохнул князь. — Иных бояр те же мысли посетят.
