Две пожилые подружки Люся и Василиса ведут двойную жизнь: днём они кажутся смешными и наивными старушками, а ночью берутся за расследование преступлений. Под видом обычных дам они раскрывают тайны, которые не под силу профессионалам, доказывая, что возраст — не помеха для приключений и...
У Потапова медленно сползало с лица выражение стыдливости, и физиономия его становилась недовольной.
– Теть Люсь, зачем это вам? Да, застрелили женщину. Только вам-то какое дело? – пытался он говорить мягким, спокойным голосом.
– Надо, Витенька, надо. Я ведь почему к тебе пришла – знаю, что ты доброту помнишь и ценишь. И уж если мне что-то надо узнать, то я уверена – ты не прогонишь, не отмахнешься, – напыщенно проговорила Люся и выжидательно уставилась на бедного парня.
Потапов вскочил и заметался по маленькой, будто шкаф, комнатке.
– Ой, я не могу! Ну, убили ее, застрелили, мы еще и сами ничего толком не знаем. Работаем. Вам-то зачем в эту историю влезать?! Вы вот что… вы ступайте домой, как будто и не говорили мне ничего, как будто и не спрашивали. Ступайте, Людмила Ефимовна, ну некогда мне, честное слово! Ну, не тяните из меня жилы!
Виктора Потапова нисколько не удивил такой разговор: парень знал, что Людмила Ефимовна да верная ее подруга Василиса Олеговна весьма настырно влезают в преступления, о которых им удается прослышать, и тут же начинают вести свои расследования. Хотя, чего греха таить, были моменты, когда леди даже оказывали сыскарям-профессионалам некоторую помощь.
– Ну хорошо, не можешь сказать, кто Львову убил, скажи тогда хоть, кто такой Тарасов, – вздохнула Люся.
– Тарасов? Вы и до него добрались? Никакого Тарасова!! Вы слышите? Ни-ка-ко-го! Даже не смейте это имя произносить! Ишь, Тарасов ей понадобился…
Люся ни разу не видела тихого, скромного Потапова в таком гневе. Чего уж говорить, она прямо-таки испугалась.
– Ладно, чего ты вскипятился? Пойду я… – заблеяла она и выскользнула за дверь.
Возле кабинета Потапова все еще сидел квелый мужичок. При виде Люси он вскочил и заговорщицки зашептал:
– Слышь, а че эт начальник-то про Тарасова орал? Он ить меня из-за его и вызвал.
– А вы что, Тарасова знаете? – недоверчиво покосилась на него Люся.
– Дык… чай с Гошкой-то в одном подъезде проживам! – гордо выпятил грудь мужичок. – Он мне завсегда «здрасте» говорит.
– Во-от, значит, как, – заулыбалась Люся и уселась на обшарпанное креслице рядом с мужчиной. – И где это он проживает?
– Дык на Николаева.
