– Хорошо… хорошо, а теперь выйдите, я немного поплачу… самую малость. Чтобы душу освободить. Я недолго.
Медсестра взглянула на часы:
– Вам двух минут хватит?
– За глаза, – усмехнулась Света и осталась одна.
Она действительно немного поплакала, скорее от слабости, а потом вздохнула поглубже и широко улыбнулась. Нет, Юрка не мог оказаться предателем – он не мог погибнуть, ведь она же ему еще сына не успела родить. Нет, он обязательно найдется, а девушка-медичка молодец. Какой кошмар – Света уже была готова поверить в то, что Юры больше нет! Бред! Надо набираться сил, ей на самом деле придется помочь мужу.
Не успела Светлана прийти в себя, как дверь в палату раскрылась и вошел Роман Иванович. Роман Иванович Щипков был главным редактором их маленькой газетенки и, по утверждению Леночки, давно тлел от неразделенной любви к Светлане. Леночка была Светиной подругой, работала в той же газете. Она вела рубрику «Я вижу все», и уж ей не верить было просто нетактично. И вот теперь Щипков самолично пришел в палату с огромным букетом цветов, которые были щедро посыпаны блестками.
– Как ваше здоровье, Светочка? – приторно улыбнулся он, и Света заметила, что зубы у него отчего-то не белые, а с каким-то коричневым оттенком.
– Спасибо, я хорошо себя чувствую, – пробормотала Света.
– Вы действительно себя хорошо чувствуете? – пытливо уставился на нее Щипков и взял ее за руку."
"– Вы что, пульс проверяете? – усмехнулась Света. – Да, я действительно себя чувствую хорошо.
Даже замечательно! Думаю, можно говорить о выписке.
– Нет-нет, лежите… Видите ли… Я не могу от вас это скрыть, вы должны знать… Юра погиб, – скорбно произнес главный редактор и даже, кажется, смахнул слезу.
– Да полно вам! – махнула рукой Света. – Чего вы чушь несете? Юра жив, это я вам говорю совершенно точно.
Она и сама не знала, откуда у нее взялась такая уверенность, может, она передалась ей от медсестры, которая ни на миг не позволила ей засомневаться, а может, она это просто чувствовала.
Ей было даже смешно смотреть на прослезившегося Щипкова.
– Светочка, я говорю вам со всей ответственностью – вашего мужа нет в живых, – настойчиво повторил Роман Иванович, забыв про печаль.
– И что вы предлагаете? – подняла на него ресницы Светлана.
– Я… я предлагаю… Выходите за меня замуж!
Светлана неприлично расхохоталась. Она смеялась до слез. Ей было стыдно от такой ее невоздержанности, и она накрылась одеялом, но успокоиться не могла.
