– Между прочим, у меня четыре комнаты, а у нас ребята есть, которые в таких ужасных условиях живут… Нет, ну у меня даже мысли не было просить! Да и не нужно мне!
Василиса вернулась в комнату и уселась на диван.
– Паша, тебе придется либо мне поверить, либо срочно отвозить меня в психушку. Я никогда не звонила твоему начальству. Ни-ког-да! Да и зачем? Если бы тебе срочно понадобилась квартира, я бы обменяла свою, на меньшую.
Пашка с сомнением поглядывал на мать.
– Ну подумай сам, – продолжала огорченно Василиса Олеговна,– я не настолько дремучая баба, чтобы не знать, какие могут быть от такого звонка последствия – квартиру тебе все равно никто не даст, а отношения испортятся хуже некуда.
И потом… Витька Потапов, например, и вовсе без квартиры, а работает он, между прочим, нисколько не хуже тебя. Нет, я бы никогда такого не сказала.
Павел теперь и сам понимал – начальству звонила не мать. И он произнес ратерянно:
– Ну а кто же тогда звонил-то?
– Ты в милиции работаешь, вот и разберись, кто там от моего имени о тебе печется.
А я-то давно хотела тебя спросить, почему ты на меня в последнее время волком смотришь!
– Так поэтому и смотрю.
– Василиса Олеговна, а что, вы и про меня ничего своей подруге не рассказывали? – вдруг, застыдившись, спросила Лидочка.
Василиса уже боялась интересоваться, что такого она могла наговорить своей подруге.
– Понимаешь, Лида, у меня новых подруг нет, а старым, что ни говори, они все равно не поверят, они же знают тебя. А что я такого наговорила?
– Да… ничего, это я так просто….
– стушевалась Лида.
– Лида пришла с Ниночкой в поликлинику, и к ней подсела женщина,– как-то задумчиво начал рассказывать за жену Пашка. – Завязался разговор. Та увидела карточку с нашей фамилией и говорит, что, мол, у нее есть знакомая женщина с такой же фамилией. Так у той Курицыной невестка каждый год детей, как щенков, приносит. И что-де этой самой Василисе житья уже никакого нет от внуков, и…
– Хватит, Паша, ты же видишь, это была чистой воды ересь, – одернула мужа Лидочка.
Василиса сидела бледная, как известка, и только беззвучно открывала рот.
– Сейчас, мама, мы вам валидольчика… – резво подскочила Лида и унеслась на кухню за лекарством.
Пока Василиса сосала таблетку, Павел угрюмо ходил из угла в угол, а потом плюхнулся в кресло:
– Давай, мать, рассказывай, в какую историю вы на этот раз вляпались?
Глава 10
С КЕМ ПОВЕДЕШЬСЯ, ТОМУ И ГЛАЗ ВОН"
"После разговора с сыном у Василисы поселилось в душе необычайное спокойствие.
