Там вообще Кузек не было.
Пашка помотал головой:
– Да был, как не быть! Кузьма специально Вероники шалман поддерживал. Для этой цели придумал полоумную бабку «омолаживать». Сначала у него там организовалось нечто вроде клуба, где можно было послушать, какие проблемы мучают состоятельных людей. Рекламный ведь ролик не запустишь, чтобы выяснить, кому нужны их с матушкой гадкие услуги. А сарафанное радио у Вероники работало отменно. Причем, если что, никто ничего толком и объяснить бы не смог – приятный и милый молодой человек, ничего запрещенного… Только постепенно богатые люди ходить перестали, остались одни наркоманы, но он и их обогревал – нужны же были люди для выполнения его поручений, а эти за дозу могли на что угодно пойти.
Никто ведь не знал, что это Кузя пакетики с дурью заботливо им подсовывает. Все вроде как таскали их потихоньку, а на самом деле на это «потихоньку» и был расчет. Нет-нет да и забегали еще на «сеансы» бывшие посетители, обращались к услугам Кузьмы. Так что Вероникин дом стал для него чем-то вроде штаб-квартиры.
А ты говоришь: «Кузьков не было».
– Не помню, – покачала головой Люся.
– Ну как же, а Лом! – не выдержал третий мужчина, пришедший с Потаповым и с Пашкой. – У Кузьмы же фамилия Ломов.
– Ах вон оно что… Погодите-ка, молодой человек… я вас где-то, кажется, видела… Постойте, а не вы ли за нами следили? – вдруг узнала Люся в незнакомце того самого мужчину, которого она встретила в магазине, когда покупала Василисе подарок. А он там, у Вероники, валялся в грязных носках.
Василиса тоже уставилась на парня и тоже сообразила:
– Так это вы там на диване воняли?
– Ну надо же было мне туда втесаться! И так удачно вышло – я только два дня возле их подъезда и просидел, а потом Кузьма сам меня приветил и в хату приволок. А тут такой подарочек – тетушки-шпионки! Я нашим когда о вас рассказал, они чуть со стульев не попадали. И сюда, говорят, наши сыщицы-затейницы добрались. Пашка тогда срочным делом вам внучек притащил, а толку все равно никакого.
– Ну и зачем вы за мной следили в магазине, если знали, что я никакая не преступница? – поджала губы Люся. – Я из-за вас вместо порядочного подарка подруге детский горшок приволокла.
Пашка, чтобы скрыть усмешку, принялся отчаянно тереть переносицу, а молодой человек – его, как выяснилось, звали Кириллом Гвоздевым – принялся с пеной у рта объясняться:
– Я, между прочим, и не за вами вовсе следил, а как раз за теми, кто по вашим следам ходил.
