Все, если ты сейчас скажешь еще что-нибудь, я немедленно отнесу деньги в милицию!
Василиса испуганно принялась собирать купюры и складывать их в аккуратную стопочку. От Люси и в самом деле можно было ожидать всего, чего угодно.
Следующее утро началось с длительного завывания Малыша. Щенок еще вечером понял, что дом нужно содержать в чистоте, и теперь требовал его вывести."
"– Люся, поднимайся! Твой пес, вот и веди его на улицу, – не хотела вылезать из-под одеяла Василиса.
На улице плакал дождь, и мокнуть под ним у нее совсем не было желания.
– Хорошо, я пойду, – покорно согласилась Людмила Ефимовна, но тут же коварно доставила: – Но мыть щенка будешь ты.
– Нет, тогда я лучше иду его выгуливать, – решительно выкарабкалась Василиса Олеговна из тепла постели и направилась одеваться.
После ее прогулки с Малышом подруги решили скоренько позавтракать, чтобы вплотную заняться флористикой. А если точнее – то Полиной Львовой, которая владела одним из павильонов на Краевой. Однако быстрый завтрак плавно перетек в длительное чаепитие, причем сами сыщицы в этом были нисколько не виноваты.
Просто вчера Антон Петрович сгоряча накупил таких вкусных конфет, такого нежного печенья, что оторваться от стола не было сил.
– Слушай, Люсь, давай ты сейчас отдохнешь, после завтрака, а я быстренько к Пашке сбегаю, деньги отнесу. Все-таки у него финансовые затруднения, он же не может так головой зарабатывать, как ты, ему приходится ногами, а нога у него сейчас, сама знаешь…
– Беги, конечно, а я… А я полежу, подумаю… – серьезно насупилась Люся и бухнулась на диван.
…Паша спал. Вернее, он собирался этим заняться. Он теперь добросовестно старался спать, чтобы быстрее встать на ноги, но многочисленное потомство не всегда позволяло выполнять задуманное. Сейчас как-то удачно никого не было дома, и Павел решительно закрыл глаза… и так же решительно их открыл – в дверь звонили.
– Сейчас, ползу! – крикнул он, вооружаясь костылями и прыгая на них в прихожую.
В дверях стояла родная матерь с обиженной физиономией.
– Я не буду проходить, – проговорила она, старательно задирая голову и собирая губы пучком. – Вот. Не вздумай отказаться. У тебя дети. И на фиг ты им нужен такой кузнечик. Лечись!
Матушка, выложив на порог газетный пакетик, шустро побежала вниз по лестнице.
Павел изловчился, поднял с пола пакетик и развернул. Там были деньги.
Василиса шла домой пешком. Довольно резкий ветер задувал ей в лицо, срывал шифер с крыш и гнул деревья.
