Мы были вынуждены гуськом идти по каким-то доскам, приподнятым над землей, как я понимаю, чтобы дать людям возможность миновать участок, скрывавшийся под водой во время прилива.
Через пару минут мы достигли края леса, и миссис Фарли остановилась.
– Дальше переправа, – прошептала она. – Не хочу подходить так близко к домам. Идите к лесу по берегу, туда. Я постою, и если кто-то пойдет, то предупрежу вас.
– Вряд ли тут будут гулять, – в ответ прошептал Алан. – Не очень-то я доверяю твоему лесу, Дик. Не сказал бы, что он защитит от ветра, и не понимаю, зачем кому-либо понадобится туда идти.
Почему бы не снять вещи прямо здесь?
Мне не понравилось, что он со мной спорит в такой момент.
– Вдруг в доме кто-то не спит. Если мы сейчас начнем препираться…
– Мистер Сэмпсон прав, – неожиданно поддержала меня миссис Фарли. – Делай, как мы решили, и побыстрее.
Все еще ворча и жалуясь на ноющий зуб, Алан согласился, и наконец я заставил его войти в лес. Удостоверившись, что он положил в карман письмо для полиции, в котором констатировалось намерение совершить самоубийство и которое должно было заставить миссис Фарли «раскрыть карты», я оставил его, чтобы он разделся.
– Алан вернется через минуту, – сказал я, снова присоединившись к даме. – Я подожду, потом приведу его. Вы ступайте к переправе, посмотрите, все ли тихо. Мы за вами.
– Хорошо. Держитесь волноотбойной стены.
– Отлично. Возьмите эту фляжку. Он уже сейчас ее хочет получить, но ждите до последнего момента. Когда мы дойдем до места, я сниму с него пальто.
Потом дайте ему фляжку: пусть выпьет до дна и сразу прыгает. Начнет мяться – толкайте. А мне пора поспешить домой.
– Жаль, что я не взяла кофе. Ему лучше не пить.
– Пожалуй. Но он предпочитает бренди. И мы должны считаться с…
– Понятно, – вздохнула миссис Фарли. – Только, боюсь, у меня не хватит смелости его толкнуть.
– Придется. Вы же знаете, Алана и в нормальных обстоятельствах ничего не заставишь сделать.
– Да. Ну что же он так долго!
В душе я с облегчением вздохнул: на миссис Фарли можно было положиться.
– Я его потороплю. Когда он выйдет на том берегу, дайте ему время прийти в себя и – что очень важно – дайте мне время уехать. И лишь потом поднимайте тревогу.
– Понимаю. Мы уже все обговорили. – Она ускользнула в темноту, и я так не узнал, специально она меня осадила последней фразой или нет.
Однако времени на раздумье не оставалось, так как в этот момент наконец-то объявился Алан."
"– А вот и ты, – сказал я.
