Автор
В мире, где предвещают события Апокалипсиса, происходят странные события, связанные с Верхним и Нижним Мирами. Неожиданное вмешательство приводит к конфликту между добром и злом, а фигуры вроде Кроули и Азирафаэля играют ключевую роль в этом хаосе.
К тому же мне казалось, это ты бывал здесь прежде.
— Одиннадцать лет назад!
Кроули бросил карту на заднее сиденье и снова завел машину.
— Может, спросим кого-нибудь? — предложил Азирафаэль.
— О да, — сказал Кроули. — Мы остановимся и спросим первого же встречного… который вышел прогуляться по ночной трассе, не так ли?
Он переключил скорость и рванул по узкой дороге, обсаженной буками.
— Странное местечко, — сказал Азирафаэль. — Неужели не чувствуешь?
«Бентли» вновь снизил скорость.
— Странно, — проворчал ангел. — Опять эти проблески…
Он поднес пальцы к вискам.
— О чем ты? Какие проблески? — спросил Кроули.
Азирафаэль посмотрел на него.
— Любви, — сказал он. — Кто-то по-настоящему любит это место.
— Здесь повсюду разлита невероятная любовь. Я не могу объяснить понятнее. Тем более тебе.
— Это примерно как… — начал Кроули.
Шум, визг, скрежет металла. Машина остановилась.
Азирафаэль прищурился, опустил руки и неуверенно открыл дверцу.
— Ты в кого-то врезался, — сказал он.
— Нет, — сказал Кроули. — Кто-то врезался в меня.
Они вышли из машины. Позади «Бентли» на дороге лежал велосипед; его переднее колесо было трудно отличить от ленты Мебиуса, заднее, замедляя вращение, угрожающе пощелкивало.
— Да будет свет, — сказал Азирафаэль. Бледно-голубое сияние наполнило проселок.
Из придорожной канавы донесся чей-то голос:
— Черт возьми, как вы это сделали?
— Сделали что? — виновато спросил Азирафаэль.
— О-ох, — теперь в голосе звучало замешательство. — Наверное, я обо что-то стукнулась головой…
Кроули выразительно глянул на длинную царапину вдоль блестящего крыла машины и вмятину на бампере. Вмятина выпрямилась. Царапина исчезла.
— Выбирайтесь, юная леди, — сказал ангел, вытаскивая Анафему из папоротников. — Все в порядке, ничего не сломали.
(Это было утверждение, а не пожелание; у девушки был небольшой перелом, но Азирафаэль не мог отказать себе в удовольствии сделать доброе дело.)
— У вас не горели фары, — начала она.
— У вас тоже, — сказал Кроули виновато. — Так что мы квиты.
— Увлекаетесь астрономией, да? — поинтересовался Азирафаэль, поднимая велосипед. Из передней корзины что-то высыпалось. Ангел показал на потрепанный теодолит.
— Нет, — сказала Анафема. — То есть да. Только посмотрите, что вы сделали с моим старичком «Фаэтоном»!
— Простите, с кем? — сказал Азирафаэль.
— С велосипедом. Он весь погнулся…
— Эта старая машинерия удивительно живуча, знаете ли, — весело сказал ангел, подталкивая к ней велосипед.
