– Итак, сначала берем миску. Потом муку. – В кладовой хранились несколько мешков с зерном, а также с ячменной мукой. – Сколько муки надо взять, Тилли?
Тилли подняла голову и посмотрела на нее.
– Видишь эту кружку на полке? – сказала она. – Наполни ее дважды.
Окрыленная успехом, оттого что смогла заставить Тилли говорить, Изабелла, следуя ее указаниям, приготовила тесто, действуя так же, как это делал Анвре прошлым вечером. Она внимательно следила за ним, убеждая себя, что делает это, потому что намерена сама приготовить следующий каравай. Но на самом деле она не могла оторвать глаз от его сильных рук, которые месили тесто.
Эти руки очень отличались от рук Роже. С длинными пальцами и тупыми ногтями, они были способны не только защитить ее, но и приготовить еду. Анвре обладал всеми теми качествами, которые больше всего пугали ее в мужчинах. Он был громадного роста, неучтивым и временами грубым. По сравнению с Роже он выглядел настоящим варваром.
Изабелла считала, что лучше всего выбрать такого мужа, как Роже. Он хорошо танцевал, прекрасно говорил и знал правила этикета.
Она ни разу не видела, чтобы Анвре танцевал, и говорил он очень резко, а чаще вообще молчал. И все же один только вид этого высокого обезображенного рыцаря заставлял ее сердце учащенно биться. Ее интриговало и привлекало то, что он так сильно отличался от нее. Он был суровым воином, и его гневная реакция на ее появление во время сражения теперь казалась ей вполне естественной. Она поступила опрометчиво и подвергла себя и его смертельной опасности. Изабелла с опозданием осознала, что, выйдя из дома, отвлекла его и он мог допустить промах в бою.
Она продолжала месить тесто, осуждая свое импульсивное поведение. Разумеется, ни одна героиня в ее рассказах не поступила бы подобным образом. Она должна извиниться перед Анвре за то, что подвергла риску исход сражения.
Руководствуясь указаниями Тилли, Изабелла испекла два каравая, потом ощипала индейку, которую поймал Роже, выпотрошила ее и насадила на вертел. Вслед за этим принялась за зайца. Надо было прежде всего содрать с него шкуру. Этот процесс, судя по описанию Тилли, не мог доставить удовольствия, однако Изабелла взяла нож и вышла наружу, чтобы выполнить эту работу. Она не могла сидеть без дела.
Разделать зайца оказалось гораздо труднее, чем она предполагала. Однако Изабелла справилась с этой задачей и, положив мясо в котелок с водой и овощами, подвесила его над огнем.
Потом осторожно взяла Беллу у матери.