Автор
В селе Сомерсета в 1822 году на Грейс нахлынет мрачное приключение. Ее взгляд оживится от внезапного знакомого голоса из Йоркшира, но болезненные крики и жуткая боль в желудке заставят ее понять: она непросто находится под ударами судьбы, но и впутана в чужие тайны.
Ее нож находился в кармане другого платья. Она совершенно ни о чем не думала, уходя так далеко в лес на прогулку."
"От страха у Грейс на голове зашевелились волосы, а в желудке появился тугой болезненный ком. Взгляд Грейс упал на руки Файли, большие, красные, его пальцы были покрыты жесткими рыжими волосками, а под крепкими серыми ногтями виднелась грязь. К ее горлу подступила тошнота.
– Его светлость идет следом.
Черт побери эту дрожь в голосе. На всякий случай она сделала шаг назад. Сможет ли она убежать от Файли? Хватит ли у нее сил? Файли крепкий и проворный, он, конечно же, догонит ее.
Негодяй осклабился, и стало заметно отсутствие у него коренных зубов.
– Ты не обведешь меня вокруг своего хорошенького пальчика, ягодка. Я видел, что он копается в саду. Я бы вот никогда не променял хорошенькую девчушку на пару каких-то там сухих палок. Сейчас ты узнаешь, каково иметь дело с настоящим мужиком.
Переполнявшее Грейс отвращение придало ей мужества.
– Ты не имеешь права так со мной разговаривать. Тебя, кажется, уже предупредили, чтобы ты держался от меня подальше.
– Да, но раз маркиз возится со своими цветочками, то это означает, что он уже получил свое. И поэтому не торопится бежать за тобой.
– Все не так! – воскликнула Грейс, отступая назад.
– Даже если это и не так, никто не узнает, что от пирога отрезали маленький кусочек.
Грейс вздрогнула как от удара.
– Ты… ты отвратителен.
Файли решительно шагнул к ней:
– Поаккуратней, ягодка.
Грейс охватила такая ярость, что даже прошел страх.
– Ничего у тебя не выйдет, грязная скотина.
Быстро повернувшись, Грейс пустилась бежать прямо к дому маркиза. Но между ней и Мэтью находилось несколько акров леса.
– Ах ты, мерзкая капризная сучка, – послышалось за ее спиной.
Вскрикнув от ужаса, она подобрала юбки и бросилась прочь.
Свернув на другую тропинку, Грейс поскользнулась на траве и рухнула на колени.
– Господи, помоги мне, – выдохнула она.
Прошло несколько драгоценных секунд, прежде чем она поднялась. Файли был так близко, что она, кажется, уже ощущала его гнилостное дыхание. Посмотрев назад и увидев его страшное, перекошенное от злости лицо, Грейс почувствовала, как сил у нее сразу прибавилось.
Она снова побежала.
Но кажется, было уже поздно.
