Автор
В селе Сомерсета в 1822 году на Грейс нахлынет мрачное приключение. Ее взгляд оживится от внезапного знакомого голоса из Йоркшира, но болезненные крики и жуткая боль в желудке заставят ее понять: она непросто находится под ударами судьбы, но и впутана в чужие тайны.
Он с любовью смотрел ей в лицо, и на его губах играла едва уловимая улыбка. Господи, как ей нравилось смотреть в эти глаза цвета меда.
– Что это? – спросила она.
– Открой, и увидишь. Застежка вот здесь, сбоку. Мне очень понравилась эта коробочка, я сам ее выбирал. – Мэтью выглядел спокойным и уверенным в себе. Таким Грейс еще никогда его не видела. Обступавшие его тени страшного прошлого постепенно рассеивались, и Мэтью становился самим собой.
Внутри коробки оказалась еще одна крышечка из тонкого матового стекла.
– О, Мэтью, – прошептала Грейс. Она была тронута до слез.
– Я назвал ее Грейс. Надеюсь, ты не станешь возражать? – Мэтью вдруг снова сделался робким и немножко неловким. Сейчас он совсем не походил на того страстного и решительного мужчину, который пять минут назад занимался с ней любовью.
Грейс опустила руку в коробку и извлекла из нее розу.
– Эта твоя роза, – сказала она.
– Нет, твоя."
"Грейс почувствовала сладкий аромат и прикоснулась пальцем к лепестку.
– Она прекрасна, – прошептала Грейс. – Это совершенство.
– Я работал над ней целый год.
Неловко кашлянув, Грейс опустила глаза. Мэтью намекал на то, что целый год думал о ней? Она, разумеется, верила ему, но ей не стоило забывать и о том, что лорд Шин теперь стал весьма популярной персоной в светских гостиных. Она читала в газетах, что в Лондоне его приглашали к самым влиятельным и известным людям.
– Ты же знаешь, Грейс, я проводил ботанические эксперименты в поместье лорда Джона. И вот они, наконец, увенчались успехом. Я побывал даже в нескольких научных обществах и показал им то, что мне удалось сделать за все эти годы. И этот первый цветок для тебя, Грейс.
– О, Мэтью…
– И еще возвращаю твою перчатку. – Он протянул Грейс ее светло-зеленую перчатку, которая выглядела несколько потертой. Похоже, Мэтью слишком часто держал ее в руках.
– Она была у тебя все это время? Мэтью, мне хочется плакать.
– Не надо, моя дорогая, – прошептал он, вытирая катившуюся по ее щеке слезинку. – Для этого нет повода. Ведь теперь все хорошо.
– Но как ты нашел меня здесь? – Ее брови удивленно вспорхнули вверх.
– Очень просто. Твой отец сказал, что ты сидишь в беседке, – сказал Мэтью, глядя Грейс в глаза.
– Мой отец? – Она густо покраснела. – Господи, Боже мой! Но ведь он мог пойти за тобой.
– Не думаю.
