Автор
В селе Сомерсета в 1822 году на Грейс нахлынет мрачное приключение. Ее взгляд оживится от внезапного знакомого голоса из Йоркшира, но болезненные крики и жуткая боль в желудке заставят ее понять: она непросто находится под ударами судьбы, но и впутана в чужие тайны.
Откуда-то из-за кустов выскочил Вулфрам и последовал за маркизом и его спутницей.
– Все дело в его жадности, как ни банально это звучит.
Грейс ожидала услышать какую-нибудь мрачную историю о давней семейной вражде, и поэтому до нее не сразу дошел смысл сказанных маркизом слов.
– Жадность? А что он хочет от вас?
– Деньги, разумеется. Когда мои родители умерли, дядя был назначен опекуном – блюсти мои интересы. Он был младшим сыном в семье, и оставленное ему состояние определялось как «достойное». А тут вдруг на него свалилось такое богатство.
– Но он и не расстался с вашим наследством, потому что вы заболели."
"– Я не заболел, я сошел с ума, – как-то угрожающе прошептал он и сильнее прижал руку Грейс к своему боку. – Когда мне исполнилось четырнадцать, мой рассудок помутился.
– Но сейчас вы совсем не похожи на сумасшедшего, – твердо сказала она.
– Каждый год дядя присылает ко мне двух докторов. Они осматривают меня и пишут заключение, подтверждающее, что я по-прежнему нездоров, а следовательно, не в состоянии распоряжаться своим наследством.
– Без сомнения, лорд Джон оплачивает их услуги.
Мэтью вдруг искренне рассмеялся. Его смех, словно теплый весенний ветерок, вызвал у Грейс приятное волнение и оживил надежды.
– Пока я жив и хорошо себя чувствую, мой дядя может изображать важную персону.
Эти слова поразили Грейс.
– А если… если вы умрете?
– Тогда мой титул перейдет к кузену Гектору. А если и с ним произойдет несчастье, то и на этот случай все предусмотрено – у нас имеется целый выводок кузенов. Мой отец смог произвести на свет только одного несчастного сумасшедшего, а лорд Джон изготовлял лишь девочек – их у него четыре. Но зато дядя Чарльз постарался – у него целых шесть сыновей, бодрых и здоровых парней.
– Значит, в вашем роду лорд Джон – младший. – Ее пальцы чуть сильнее сжали его руку. Как Мэтью мог вынести то, что с ним делал его дядя? В груди Грейс забурлил гнев. – Он хочет, чтобы вы были живы и здоровы, но полностью в его распоряжении. Да? Это просто ужасно.
– Да, Грейс, ужасно, – со странным равнодушием подтвердил ее вывод маркиз.
