Автор
Вчерашний галактический турист Виктор Палцени оказывается на планете, застывшей в Средневековье. Ему предстоит не только спасти целый мир от гибели, но и убедить два враждующих разумных вида объединиться ради выживания. Только его находчивость и мужество способны изменить судьбу цивилизации.
Посыпавшиеся благодарности Менгарец пресёк немедленно:"
"– Нечего заранее «спасибо» разбрасываться! Вот когда выберемся к людям да избавимся от нынешних соседей, тогда и отметим это дело.
И всё равно Дарквуд от имени всех своих товарищей по несчастью попытался высказаться от всей души:
– Господин Резецкий! – он уже у принца успел имена спасителей выведать. – Вы можете отвергать наши слова, но мы просто даже для самих себя обязаны высказать вам огромную благодарность. Вы со своими друзьями спасли наши жизни, значит, мы теперь обязаны вам так же, как нашим матерям и отцам. И в любом бою за вас не пожалеем собственной крови.
– Спасибо за такие высокие слова в наш адрес… – неожиданно эмиссар его святости замер с пустой ложной в руке и горестно вздохнул. А потом у него непроизвольно вырвалось: – Мы вам тут помогли, а может, где-то, кто-то и наших близких спасает в это самое время…
И чтобы не впасть дальше в меланхолию и тоску по своей любимой Розе, с излишним остервенением набросился на остатки каши. Дарквуд, дождавшись, когда командир доест всё и запьёт сытный обед травяным отваром, стал расхваливать себя как воина:
– Готов сражаться с вами в любом строю и против любого противника. Ещё двое – тоже могут встать в строй немедленно. Силы мы набираем быстро, так что польза от нас будет обязательно. Мы будем стараться!
– М-да? А как твоя нога? – прищурился на парня Виктор.
– Немного прихрамываю, но рубиться на мечах могу, отлично стреляю из лука, метаю хорошо ножи. Мои товарищи…
– Ладно, ладно, верю! Да и видел тебя, как ты с помощью палок того монаха в шрамах чуть не убил. Герой! А работы тут у нас, и сам видишь, хватает. Так что поступаете в распоряжение к маркизу Хроммелю, он для каждого даст задание и выделит часы дежурства.
И уже в который раз с досадой взглянул на небо. Дождь хоть и не шёл, но ветра не было, а посему тучи никак не желали расползаться в стороны. И время соответствовало так называемому полднику, как раз середина между обедом и ужином.
