В залах знаний и дворце правителей алекаров царил строгий покой: они изучали императорские тайны и обсуждали грядущие перемены. Алехара вдруг ощутил резкую измену эмоций, словно лунный свет пробивался сквозь плотное облачко. Катерина медленно отпускала проклятие Гиэлинора, и все вокруг погружалось в таинственный шлейф перемен....
Традиционная туника этернов небрежно расшнурована на груди, в разрезе просматривался край новой татуировки – языки пламени, которые, казалось, жили собственной жизнью. Рисунок заполняло красноватое мерцание, которое то вспыхивало, то гасло, тревожно мигая. Мелькнула смутная догадка, что ритуал единения с огненной стихией уже пройден, но вряд ли он сразу превратился в монстра. Гиэлрин говорила, что процесс занимает какое-то время.
Дождавшись, когда очередной старейшина закончил речь, сняла иллюзию невидимости с нас троих.
- Рэм, я так рада, что ты в порядке! – улыбнулась я, но тут споткнулась о ледяной взгляд и равнодушное:
- Кто вы такие?
Остановилась, как вкопанная. Отчаянно вглядывалась в знакомые черты, пытаясь увидеть того Илрэмиэля, которого знала. В памяти всплывали обрывки из прошлого Гиэлрин, набатом звенели слова «Сознание ифрита обретёт силу и вытеснит этерна.
- Лорд прошёл ритуал единения с огненной стихией, - произнёс один из присутствующих. – Он не вспомнит, если вы были знакомы ранее, пока не назовёте имена. Это должно активировать воспоминания.
Я назвалась, Малик и Адриан последовали моему примеру.
- Ах, да, - произнёс Рэм. – Припоминаю. Взять их!
- Что? – только и успела выдохнуть я, прежде чем откуда ни возьмись появились воины, одетые лишь в юбки с металлическими пластинами, скрутили руки за спиной и мне и моим спутникам.
- Радуйтесь, господа, - обратился Рэм к шеарен. – У нас только что появилось ещё несколько козырей в борьбе за трон. Наследники Правящих родов и одного из человеческих герцогств.
«Господа» радовались странным образом.
- Совет придётся прервать, нужно доставить пленников Повелителю. Как только мы скорректируем план действий, вам сообщат. Прощайте!
Дальнейшее казалось мне нереальным. Мозг отказывался воспринимать происходящее.
