В залах знаний и дворце правителей алекаров царил строгий покой: они изучали императорские тайны и обсуждали грядущие перемены. Алехара вдруг ощутил резкую измену эмоций, словно лунный свет пробивался сквозь плотное облачко. Катерина медленно отпускала проклятие Гиэлинора, и все вокруг погружалось в таинственный шлейф перемен....
Изменить оттенок волос – это самое простое, я очень быстро придумала краску, которая не особенно меняла мой родной цвет волос, но убирала золотое свечение. Линзы мы изготовили с помощью того же состава. Замедлить реакции – тоже несложно, просто зелье, которое тормозит обмен веществ, а вместе с ним и регенерацию, и скорость, и ловкость. Самым сложным оказалось изменить запах, чтобы ни один гарунит не догадался, кто я такая, но к шестнадцати я разработала зелье на основе гормонов моей мамы – чистокровной антропийки и начала его принимать.
Рэм смотрел на меня так потрясённо, так неодобрительно, что становилось тяжело дышать.
- Теперь всё ясно. Я-то идиот, думал, что навеки связан с антропийкой, а ты… Погоди, ты знаешь про Благословение Луны?
- Знаю, но недавно. Татуировка проявилась не сразу из-за зелий, а потом я понятия не имела, что она означает. Мне мама всё объяснила только на каникулах.
- И ты молчала?! Неужели я до сих пор не заслужил твоё доверие?!
Я вскочила и непривычно быстро приблизилась к нему.
- Я тебе доверяю, Рэм. Правда! – по щекам моим текли слёзы, и я сама не могла понять отчего. То ли от чувства вины, то ли от облегчения, потому что больше мне не нужно было скрываться от Рэма. Он обнял меня в ответ.
- Почему тогда не сказала?
- Я боялась твоей реакции, не хотела делать тебя соучастником преступления, просто не знала, как сказать… - я всхлипнула.
- Поэтому и потащила на озеро Ним?
- Да, я попросила у хаары озёрной воды, и поэтому она утащила на дно.
Я вздохнула и вытерла слёзы тыльной стороной ладони, немного отстраняясь.
Рэм задумчиво пропустил прядь моих волос между пальцев и внезапно улыбнулся.
- Ты безумно красивая!
- Ха! Теперь, когда ты знаешь, что я – наполовину этернийка, я стала внезапно красивой? – съязвила я.
- Ой, замолчи, я не это хотел сказать, - привычно-насмешливым тоном сказал он, а потом вдруг серьёзно спросил. – Вот почему ты твердила, что мы не можем быть вместе… Брачный обряд этернитов сразу выявит в тебе полукровку, и твоя мать попадёт под удар.
Я смотрела Рэму в глаза, слушала его слова и ощущала, как моё лицо искривляется от горькой ухмылки, как слёзы текут всё сильнее.
