В конце концов виновник был схвачен, и Лан Цяньцю своими руками убил Фан Синя, первого советника-чародея, после чего заколотил его в трёхслойном гробу, наложил сдерживающие заклятия и захоронил в земле.
И всё же после случившегося династия Юнань понесла огромные потери, неизбежно пришла в упадок и уступила место следующему правящему дому.
Лан Цяньцю уставился на Се Ляня взглядом, полным ненависти.
— Я никак не мог понять, почему ты так поступил. Я никогда не верил в чушь о том, что ты просто не мог видеть династию Юнань на троне. Я не считал, что ты желал захватить власть. Но теперь я, наконец, понял, почему.
Небожители от удивления раскрыли рты и вытаращили глаза, по толпе пробежали шепотки.
— Это была месть!"
"— Что же ещё, если не месть? Государство Сяньлэ было уничтожено, и он решил в отместку уничтожить государство Юнань. Люди Юнань убили его родителей, поэтому он решил убить родителей наследного принца Юнань. Око за око, зуб за зуб.
— Но ведь Лан Цяньцю не принадлежал к тому поколению, которое уничтожило государство Сяньлэ, он совершенно неразумно сорвал свой гнев…
— Не будем забывать, что посмешище трёх миров — от рождения дурень, хоть и оказался весьма безжалостным персонажем. Пробрался во вражеское государство, чтобы тайно поступить на службу советником и мутить воду, а потом одним махом расправиться со всей императорской семьёй… Лихо!
Се Лянь почувствовал на себе взгляд Цзюнь У и закрыл глаза. Лишь спустя несколько секунд он услышал голос Владыки:
— Тайхуа, чем ты можешь подтвердить, что Сяньлэ и есть Фан Синь?
Лан Цяньцю выпалил:
— Именно советник Фан Синь обучал меня искусству фехтования. Одного удара хватило, чтобы я узнал его!
Шепчущиеся небожители вновь заволновались.
— Пускай бы мутил себе воду в государстве, но зачем совершать лишние усилия и обучать принца вражеского государства фехтованию?
— Ничего удивительного, что с тех пор, как он вознёсся в третий раз, я не видел, чтобы он брался за меч. Боялся выдать себя, не иначе.
Лан Цяньцю добавил:
— Во время вылазки в Призрачный город мне пришлось сразиться с Собирателем цветов под кровавым дождём…
При упоминании Призрачного города и Хуа Чэна немало небожителей вновь содрогнулись. Лан Цяньцю же продолжил:
— В двенадцатилетнем возрасте во время прогулки за пределами дворца я был пленён шайкой разбойников. Они схватили меня и бросились в город, за ними погналась моя охрана, между сторонами завязалась драка. Как вдруг весь покрытый синяками торговец уличными представлениями, сидящий у дороги, схватил ветку дерева и вмешался в сражение — точно таким же ударом он отбил два меча и спас меня. Охрана схватилась с разбойниками, в результате чего пострадали обе стороны.