Столь внезапная перемена в отношении, напротив, заставила принца ощутить себя не в своей тарелке.
Увидев, что Се Лянь не пошевелился, Му Цин с лёгкой улыбкой произнёс:
— Можешь не применять его, как пожелаешь. Всё равно больше никто не придёт, чтобы передать тебе снадобье.
В этой улыбке не мелькнуло и тени притворства — можно было отчётливо разглядеть, что в тот момент Му Цин действительно пребывал в отличном настроении.
И хотя Се Лянь не ощущал слишком сильной боли, не было необходимости постоянно ходить раненым. Цзюнь У, конечно, уже коснулся его руки, оказав немедленную помощь, но всё же снадобье отнюдь не оказалось лишним. Поэтому принц открыл бутылёк и с растерянным видом опрокинул его на правое плечо. Вместо привычного порошка или пилюль из сосуда полился светло-зелёный дым. Его медленные струйки неторопливо окружили руку Се Ляня, распространяя прохладу и благоухание. И в самом деле, отличное снадобье.
Му Цин вдруг спросил:
— Слова Лан Цяньцю — правда? Ты в самом деле убил всех членов правящей семьи государства Юнань?
Се Лянь поднял на него глаза. И как бы Му Цин ни старался это скрыть, принц всё же разглядел в глубине его взгляда неудержимое возбуждение. Казалось, он испытывал жгучий интерес к подробностям того, как Се Лянь омыл кровью Пир Чистого Золота.
— Как ты их убил?
В этот момент позади снова раздались чьи-то тяжёлые шаги. Они одновременно обернулись и увидели, что очередным визитёром оказался Фэн Синь. Едва войдя и увидев во дворце Му Цина, который стоял рядом с Се Лянем и ко всему прочему улыбался, Фэн Синь нахмурился и настороженно спросил:
— Что ты здесь делаешь?
Се Лянь помахал рукой с зажатой в ней бутылочкой из бледно-зелёного фарфора. Улыбка Му Цина слегка поугасла. Он ведь только что заверил Се Ляня, что Фэн Синь не придёт, но последний тут же явился — разумеется, ничего смешного в том не было.
Му Цин ответил:
— Это ведь не твой дворец. Раз ты можешь сюда приходить, почему бы мне этого не сделать?
Фэн Синь не стал обращать на него внимания, вместо этого повернулся к Се Ляню. Он ещё ничего не успел сказать, как Се Лянь произнёс:
— Если вы двое пришли, чтобы задать один и тот же вопрос, я отвечу сразу всем. Нет нужды сомневаться — ни единое слово, сказанное мною сегодня во дворце Шэньу, не содержит ни капли лжи.
Фэн Синь едва заметно побледнел.
Му Цин же более всего не выносил подобной его реакции, и потому бросил:
— Ну хватит, возьми себя в руки хоть немного, кого ты хочешь удивить своим скорбным видом в нынешнем положении вещей?
Фэн Синь наградил его крайне недружелюбным взглядом.
— Уж точно не тебя. Выкатывайся отсюда!
Му Цин парировал:
— У тебя-то, конечно, есть право приказывать мне выкатываться. На словах ты строил из себя саму преданность.