Автор
В восемь дочерей! Такие необычные обстоятельства создают уникальную атмосферу и загадку вокруг семейства Уиндхем. Несмотря на трагическую ситуацию, жена мужа пытается найти надежду в слезах, будто они могут помочь изменить будущее этих девочек.
Темза так отличалась от прелестной и пасторальной речушки Уай! Эта великая река вела к самому сердцу Англии, к Лондону, ее воды служили Генриху Тюдору, самому могущественному властителю христианского мира."
"С тихим вздохом Блейз отвернулась от окна и сквозь открытую дверь взглянула на широкую постель. Сколько часов она провела здесь, развлекая царственного любовника, насыщая его чудовищные аппетиты? Господи, как боялась она вначале, а затем открыла древнюю истину, известную всем женщинам с начала времен. Она узнала, что каждый мужчина — всего-навсего мужчина, живое существо, которое отчаянно нуждается в любви, нежности и сочувствии.
— Любуетесь местом своих былых побед, если их и вправду можно назвать победами, леди Уиндхем? — послышался сзади насмешливый голос Анны Болейн.
Медленно повернувшись, Блейз оглядела стоящую перед ней девушку, длинные рукава платья которой искусно скрывали шестой палец на одной из изящных ладоней.
— В любви не бывает побед, мистрис Болейн. Любовники поровну делят их, но вы, конечно, не можете этого знать, дорогая.
— Я никогда не отдамся так легко, как вы, Бесси Блаунт или моя глупая сестра, которая до сих пор плачет по своему царственному любовнику, — выпалила мистрис Болейн.
— Милое дитя… — начала Блейз, но Анна Болейн перебила ее:
— Я не дитя! Мне уже девятнадцать, я всего на два года моложе вас, миледи Уиндхем.
— О любви вы знаете не более чем дитя, мистрис Болейн, — возразила Блейз, — и потому лучше послушайте меня. Не знаю, что случилось с вашей сестрой или леди Тейлбойз, но я поняла одно: я не сдалась даром. Я совсем не отдавалась королю. У Гэла немало хороших свойств, но будьте осторожны с ним: он может стать безжалостным. Буду с вами откровенна, мистрис Болейн. В первый раз король овладел мною силой. Да, мне было незачем защищать драгоценную девственность, поскольку я была вдовой, но не надейтесь, что вы сумеете защититься, если чересчур распалите царственного жеребца.
Желтоватое лицо Анны Болейн побледнело.
— Это ложь! — прошептала она.
— Вздор, — рассмеялась Блейз. — Я говорю правду, и если вы умны, то прислушаетесь к моим словам. А теперь позвольте мне пройти, мистрис Болейн. Меня ждет экипаж, мне предстоит несколько дней пути, прежде чем я встречусь с мужем и детьми.
