Автор
В восемь дочерей! Такие необычные обстоятельства создают уникальную атмосферу и загадку вокруг семейства Уиндхем. Несмотря на трагическую ситуацию, жена мужа пытается найти надежду в слезах, будто они могут помочь изменить будущее этих девочек.
Благословенная Дева, пусть мой муж будет добрее Энтони Уиндхема!
Эдмунд! Эдмунд! Боже мой, как я люблю тебя! У нас есть дочь, а я хотела, чтобы в Лэнгфорде появился наследник. Нисса? Ты хочешь назвать ее Ниссой? Чудесное имя, милорд! Эдмунд, я люблю тебя. О Эдмунд, не уходи! Не умирай! Только не ты! Ненавижу тебя, Энтони! Ты убил моего Эдмунда!
Господи, как мне страшно! Как страшно! Почему все кланяются и лебезят передо мной — только потому, что король пожелал лечь со мной в постель? Я хочу домой, в Риверс-Эдж, но уехать не могу.
Нельзя плакать — он оскорбится. Прошу, не надо принуждать меня! Мне не нужен любовник! Почему я испытываю наслаждение, ведь я не хочу его? Ничего не понимаю…
Бедный Гэл… непросто быть королем. За власть, как и за все остальное, надо платить. Все о чем-нибудь мечтают, вот и Гэл хочет сына, но королева не может его родить. Он говорит, что его брак незаконный. Не знаю, правда ли это…
Бедный Гэл, бедный… Что будет со мной, когда я ему наскучу? Этого я не хочу.
Жарко… жарко… почему мне так жарко? Хочу открыть глаза, но не могу. Помоги мне, Тони!
Он беспомощно наблюдал всю ночь, как ее тело покрывается потом. Она горела в лихорадке, а ему оставалось только класть мокрый компресс на лоб и убирать его, заставлять ее выпивать глоток вина или холодной воды. Она непрестанно стонала, беспокойно ворочалась на постели, а он ничего не мог поделать.
Утром две служанки вошли в комнату и принесли с собой свежее белье и распоряжение от мистрис Эллис: его светлости следует перекусить, пока служанки перестилают постель графини.
— Напрасно она ухаживала за мной, милорд! Если бы я только могла запретить ей! О, если она умрет, я никогда себе этого не прощу!
— Она могла заразиться еще при дворе и не обязательно от тебя, Геарта.
— Вы сами ухаживаете за ней, милорд? — Горничная была так же потрясена, как мистрис Эллис вчера ночью.
Энтони улыбнулся.
— Я должен быть с ней, — ответил он и ушел, пообещав напоследок сообщать горничной, как идут дела у ее госпожи.
