Автор
В восемь дочерей! Такие необычные обстоятельства создают уникальную атмосферу и загадку вокруг семейства Уиндхем. Несмотря на трагическую ситуацию, жена мужа пытается найти надежду в слезах, будто они могут помочь изменить будущее этих девочек.
Вытерев госпожу, Геарта помогла ей одеться в кремовое шелковое домашнее платье. Застегивая последние из мелких перламутровых пуговок, Блейз бросила взгляд на окно и увидела, что приближается ночь. Геарта подвела хозяйку к огромному зеркалу.
— Разве вы не прелесть, миледи? — с удовлетворением произнесла горничная. — Вам не составит труда угодить его светлости.
Только теперь Блейз вспомнила, что приближается ее первая брачная ночь — за весь день она не успела задуматься об этом, слишком уж много событий ей пришлось пережить.
Заглядевшись, Блейз вздрогнула, услышав стук в дверь.
«Хорошенькая служанка просунула голову в комнату и сказала:
— Прошу меня простить, миледи, но кухарка послала узнать, можно ли подавать ужин.
Прежде чем Блейз сумела ответить, за нее это сделала Геарта:
— Ну конечно, милочка! Живо пришли сюда лакеев, чтобы они унесли ванну, пока не появился его светлость.
Блейз внимательно наблюдала, как лакеи, отворачиваясь из деликатности, уносят из комнаты ванну. Сквозь дверь, ведущую в гостиную, она видела, как служанки накрывают на стол, устланный белоснежной скатертью. На столе возвышался серебряный шандал.
— Надо ли послать за его светлостью, миледи? — спросила Геарта.
После минутного смущения Блейз кивнула. У нее не было причин отвергать Эдмунда — подобный поступок неизбежно вызовет скандал. Она попыталась припомнить то, что говорила ей мать, но рассказ матери смешался с откровениями младшей сестренки, С каждой минутой девушкой все сильнее овладевал страх.
Как она сможет отдаться этому незнакомцу, каким бы добрым он ни был? Ей хотелось как следует узнать только что обретенного мужа, пока же ей было известно лишь его имя. Блейз вспомнила, что не знает даже дня его рождения, понятия не имеет, любит ли он музыку и какова его излюбленная еда.
