Автор
Букингемский дворец в Лондоне: как жаль, что Джорджина выходит замуж. Леди Джорджина Гордон пытается унять слезы, обнимая сестру. На лицах обоих читается печаль - Джорджина будет скучать по сестре, но они скоро часто навещают друг друга. Это предчувствие разлуки наполняет воздух неопределенностью и тоской в этот светлый день весны....
Джорджина остановилась как вкопанная на нижней ступеньке; вся ее радость растаяла, как снег под солнечными лучами. Между герцогом и герцогиней Манчестер стоял герцог Бедфорд.
Глава 20
Джорджина словно надела на лицо маску. Она напустила на себя любезный вид, который совершенно не соответствовал тому, что она чувствовала.
— Это действительно сюрприз. Я не знала, что вы пригласили к обеду гостя.
— Уоберн и Кимболтон расположены очень близко друг к другу, так что мы практически соседи, — сказал Уильям фальшивым голосом.
Френсис Расселл предложил Джорджине руку.
— Снова иду на прорыв…
— Я и не знала, что вы военный.
Это был язвительный ответ. Она прекрасно была осведомлена, что он никогда не служил в армии.
— Militat omnis amans — каждый любящий есть воин.
Джорджина приняла руку герцога и посмотрела на него.
— Это Овидий?
— Овидий, дорогая. Я удивлен, хотя и в полном восторге оттого, что вы знакомы с его откровенно чувственными сочинениями."
"Френсис помог ей усесться напротив Сьюзен. Джорджина с многозначительным видом посмотрела в глаза сестре, словно желая спросить: «Что за адские муки ты пытаешься мне причинить?
Сьюзен притворилась, что не заметила ее волнения.
За обедом разговор, который поддерживали по большей части оба герцога, переходил с охоты на греблю. Уильям Монтегю имел атлетическое телосложение и был чемпионом-гребцом.
Джорджина подчеркнуто игнорировала сестру и разговаривала в основном с семилетней Джейн, которой разрешили присутствовать за праздничным обедом.
Наконец на тележке вкатили торт, Джорджина встала и зажгла на нем свечи.
— Ты должна загадать желание, мама. И если задуешь все свечи, оно осуществится.
Сьюзен поднялась и нерешительно улыбнулась.
— Ах, я совершенно не знаю, чего мне пожелать.
«Верности своего мужа!» — подумала Джорджина. Джейн с жадностью съела свой кусок торта.
— А теперь пора тебе развернуть подарки.
Она вскочила со своего места и принялась носить их с маленького столика и складывать к ногам матери.
Первый подарок, который развернула Сьюзен, был плед в темную клетку — из такой шотландки шьют мундиры Королевскому хайлендскому полку.
Брат Джордж прислал пару сапог для верховой езды, которые он заказал специально для нее у Хоуби, поскольку знал, что сестра ездит верхом почти каждый день.
Потом Джейн подала матери какой-то плоский предмет.
— Ах, это рисунок Джорджи! Тот, на котором мы сидим среди цветов.
