Автор
Букингемский дворец в Лондоне: как жаль, что Джорджина выходит замуж. Леди Джорджина Гордон пытается унять слезы, обнимая сестру. На лицах обоих читается печаль - Джорджина будет скучать по сестре, но они скоро часто навещают друг друга. Это предчувствие разлуки наполняет воздух неопределенностью и тоской в этот светлый день весны....
На ней было серое шелковое платье со скромным вырезом. Она ни на кого не смотрела, ее густые ресницы лежали темными полукружиями на бледных щеках. Джона охватила жалость к ней, и он мысленно выругал Джейн Гордон за ее наглость.
Он не стал к ним подходить и просто смотрел на Джорджину издали.
Почувствовав его присутствие, Джорджина подняла ресницы и с изумлением устремила на него взгляд.
— Джон! — Она как завороженная направилась к нему. — Вы приехали в Париж?
Глаза ее были полны изумления, бледные щеки окрасились легким румянцем.
Леди Холланд обернулась и увидела его.
— Джон, дорогой! — радостно воскликнула она. — Как я рада вас видеть. Перемена обстановки пойдет вам на пользу. Где вы остановились?
— Английский посол был так любезен, что устроил меня в посольстве. — Он бросил взгляд на Джорджину. — Я приехал ненадолго.
— Как чудесно! Мои апартаменты поблизости, на Елисейских Полях. На самом деле мы все живем там. Дом номер пятнадцать. Обещаете побывать у нас завтра?
Джон сказал, понизив голос:
— Могу я попросить вас об одной любезности, как близкого друга?
— Ну конечно.
— Я приду в четыре, если вы обещаете пригласить леди Джорджину.
Бет широко раскрыла глаза:
— Я все устрою…
* * *
— Добрый вечер, леди. Вы очень добры, что пригласили меня, Бет.
Войдя, Джон с радостью заметил, что Джорджина сидит в гостиной леди Холланд. Он вовсе не был уверен, что она придет.
— Надеюсь, вы оставили моего мужа в полном здравии?
— В совершенном, хотя мне известно, что он по вас скучает.
Бет рассмеялась:
— Что привело вас в Париж, ваша светлость?
— Уоберн требуется обустроить заново. Парижские лавки ни с чем не сравнимы. Сегодня утром я купил несколько часов.
— Ходьба по лавкам составляет одно из удовольствий жизни и поднимает настроение. — Тут Бет заметила, что его внимание обращено вовсе не на нее. — Вы меня извините — я пойду распоряжусь насчет чая.
Джон занял место рядом с Джорджиной.
— Бет права, прогулка по лавкам действительно поднимает настроение. Думаю, вам пора расстаться с этими траурными одеждами. Вы не вдова, Джорджина. Вы не обязаны кутаться в черные одежды.
— И вы не станете думать обо мне дурно? — нерешительно спросила она.
— Я никогда не смог бы думать о вас дурно, Джорджина. Вы слишком молоды и хороши собой, чтобы горевать всю оставшуюся жизнь.
