Автор
Букингемский дворец в Лондоне: как жаль, что Джорджина выходит замуж. Леди Джорджина Гордон пытается унять слезы, обнимая сестру. На лицах обоих читается печаль - Джорджина будет скучать по сестре, но они скоро часто навещают друг друга. Это предчувствие разлуки наполняет воздух неопределенностью и тоской в этот светлый день весны....
Когда они подъехали ко дворцу, оказалось, что у входа столпилось множество экипажей, и свите Гордонов пришлось ждать более получаса, прежде чем они смогли выйти из карет. Герцог и герцогиня шли по обеим сторонам Джорджины, остальные члены семьи шли за ними."
"В огромной толпе, медленно направляющейся в зал, где дебютантки будут представлены королеве Шарлотте, Джорджина заметила возвышающийся над головами парик герцогини Девоншир, украшенный страусовыми перьями. Скользнув взглядом по бледному напряженному лицу герцога Девоншира, она увидела их дочь, леди Дороти.
Джорджина послала подруге мимолетную улыбку, чтобы приободрить ее. «Как я рада, что папа приехал. Его присутствие придает мне уверенности». Она огляделась и увидела около дюжины молодых леди, которые сегодня представлялись королеве. Она знала их имена, потому что видела их в списке, но гораздо лучше Джорджина была знакома с родителями этих девушек, потому что они — родители — часто бывали на приемах, устраиваемых в их доме на Пэлл-Мэлл.
Когда наконец открылись двери в зал, толпа прошла в длинную комнату, увешанную королевскими портретами и богатыми шпалерами, и стала вдоль стен. Гофмейстер должен был называть в алфавитном порядке фамилии присутствующих аристократов и имена каждой дебютантки. После чего девушки по очереди будут отходить от своих родителей и проходить через весь длинный зал туда, где сидит на троне королева Шарлотта.
Джейн прошептала, прикрываясь веером:
— Я с удовольствием вижу, что наш дорогой премьер-министр Питт приехал засвидетельствовать свое почтение. — И добавила немного сердито: — Очень плохо, что наша дочь будет представлена после дочери Девонширов.
Гофмейстер дождался, когда королева Шарлотта, сидевшая в дальнем конце зала, закончит беседовать с леди Генриеттой Койнингэм, и прочел, глядя на карточку:
— Леди Дороти Кавендиш, дочь герцога и герцогини Девоншир.
Герцогиня слегка подтолкнула дочь, и леди Дороти пошла через зал неловкой неуверенной походкой, выставив вперед голову, точно черепаха из своего панциря.
Джорджина услышала, как мать пробормотала:
— Вот моя голова, а мой зад сейчас подоспеет.
У Джорджины сжалось сердце за подругу. Потом она увидела, как мать подала гофмейстеру карточку с ее именем, и поняла, что теперь ее черед.
