Попозже, когда мы уже доедали, за соседний, последний свободный столик пришла компания из трех человек — все среднего возраста, одеты дорого, оружие тоже дорогое — типаж Фомы, каким он мне в самую первую нашу встречу показался. У одного, что сидел к нам боком, на шее татуировка петли виднелась. Он ее не прятал, но никакого удивления у окружающих она не вызывала. На Овечьем пираты все же так себя не афишировали, хоть чуть-чуть стеснялись, а тут вот так. Интересно, а кто он такой? Высокого ли полета птица? Может, его по башке, в мешок да и увезти?
Сразу вспомнилось, как Анисим объяснил: татуировки все больше у мелкой сошки. Они их для гордости делают, а те, кто поглавней, те еще и о мирной жизни думают, о пенсии, так сказать, на том же Овечьем, о выходе в отставку, так что подобной саморекламы избегают.
Тогда другой вопрос: а он тут сам по себе или при ком-то главном? Может, это из окружения того же Белого? Или Никона Большого?
Может, и так.
Прислушался к их беседе, но разговор у них шел ни о чем, похоже, поход в веселый дом обсуждали, как там кто-то напился до состояния «в дрова», в койке у девицы уснул и там позорно обмочился, кто-то, кого сейчас с ними не было, но ничего нужного из их громкой беседы выудить не удалось.
Посидели, поели да и спать пошли. Ночь в городке оказалась шумной, куда громче дня, так что даже уснуть сразу не удалось, хотя у меня талант в любых условиях младенческим сном почивать. Нет, ничего не случилось, просто вокруг веселились. Жизнь здесь такая, пьяная и ночная, а стенки тонкие, доска в один слой, а в окнах вместо стекол и вовсе сетка от москитов. Сезон дождей начнется — вставят другие рамы, тут так принято.
В общем, больше особо и рассказать не о чем. Если ты видел город Вольный, то уменьши его раз в десять — и получишь этот безымянный городишко. Или все же у него тоже название Базарный? Я так даже и не понял этого до конца. Мы без происшествий с утра дошли до конюшни, где нам оседлали лошадей и даже пожелали удачи в делах. Видать, и вправду на коммерческого человека тяну.
Городишко закончился как-то сразу, без пригородов и прочего, просто тянулись по сторонам дома — и пошло тростниковое поле. Лошади бежали легкой рысью, копыта бухали в укатанную землю дороги, выбивая облачка легкой пыли, по сторонам стрекотали то ли сверчки, то ли еще какие твари, один раз с нашего пути в тростник рванулась довольно длинная серая змея, отчего моя лошадь немного испугалась, дернулась, но я ее удержал. Таких змей я уже видел, и рупь за сто — это новая версия обычной нашей гадюки. Только куда больше и по запасам яда превышающая своего предка во много-много раз. Но так все то же — серый цвет и зигзаг по спине. Выросла вот со временем. Разрослась. Как местные болотные коты получились из тех самых дворовых Мурзиков.