Автор
В темном, влажном лесу, где дождь утих, воздух наполнялся ароматом земли и новыми стройками. Человек стоял на краю глубокого котлована, где начиналась его большая работа. Здесь пахло будущим домом и неизведанностью нового начала.
Похоже, «Близкие люди» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Перестрахуется какой-нибудь козлик, решит, что если у вас труп в котловане, так с вами и дел никаких иметь нельзя…
— Я звонил Рудневу, — признался Белов неохотно. Об этом никому не полагалось знать, тем более любовнице. Тем более такой, как Леля, — рассказал ему, что у нас за дела…
— А если Степан узнает? — быстро спросила Леля. — Уволит? Он у вас с приветом, а ты через его голову…
— Не узнает, — ответил Белов уверенно, — я принял меры.
Леля искоса на него взглянула, но решила глубже в вопрос не вникать.
— Я должен ехать, — сказал Белов угрюмо. Сильное раздражение, как кофейная гуща, поднявшаяся со дна кружки, подступило к горлу, грозя залить все положительные эмоции, которыми он зарядился в Лелиной постели.
Боже мой, он и впрямь зачем-то пытается уверить себя в том, что встречается с Лелей ради постельных удовольствий!.. «Не корысти ради, токмо пользы для» — так это называет тугодум Степа.
Токмо пользы для…
— Я тебе позвеню, — пообещал Белов, поспешно зашнуровывая ботинки.
— Я надеюсь, — ответствовала Леля спокойно и чуть иронично. Еще бы он не позвонил!
Пеньюар на ней распахнулся, открывая беловскому взору часть высокой снежно-белой груди с выпуклым ярким соском.
Против воли он уперся тяжелым взглядом в пенный развал дорогих кружев, чувствуя себя собакой Павлова, которая демонстрирует стопроцентно предсказуемую реакцию.
— Значит, завтра в шесть, — резюмировала Леля, когда Белов вдоволь нагляделся и даже покраснел немного от напряжения, — в случае изменений — мобильный всегда со мной.
— Да, мой генерал. — Белов клюнул ее в щеку дежурным поцелуем любовника, который вот-вот закроет за собой дверь, и уже через тридцать секунд был на свободе.
Нет, черт побери, не на свободе!.. Просто он вышел из камеры на прогулку. Вернее, его вывели. Или даже не вывели, а выпустили погулять, потому что деваться ему все равно некуда, это ясно как дважды два.
Все это придется хорошенько обдумать. Не сейчас, потом, попозже, когда будет сделано главное.
Он сильный, ловкий и все сможет.
Он сел в машину, чувствуя успокоительный и знакомый запах дорогой кожи салона и яблочного дезодоранта, который ему позавчера всучили на заправке.
