Автор
В темном, влажном лесу, где дождь утих, воздух наполнялся ароматом земли и новыми стройками. Человек стоял на краю глубокого котлована, где начиналась его большая работа. Здесь пахло будущим домом и неизведанностью нового начала.
Похоже, «Близкие люди» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я точно знаю, сколько сотрудников у меня в офисе, а сколько еще на объектах вместе с рабочими… Это лучше уточнить у прораба».
«Ваш прораб, кажется, недавно скончался?»"
"И так без конца. И все снова. И потом сначала. И еще раз. И два. И три.
Очень решительно Степан завернул горячую воду и до упора отвернул холодную. Сразу стало нечем дышать, и показалось, что через минуту разорвется сердце.
Нужно терпеть. Нужно дышать. Ничего другого не остается.
Он вылез из ванны, радуясь, что зеркало запотело так, что рассмотреть в него ничего невозможно.
Офисная одежда кучей лежала на полу, поверх ботинок.
Степан посмотрел на кучу с отвращением. Он не станет к ней даже прикасаться. Ничего такого. Она полежит до завтра на полу, а завтра явится Клара Ильинична… нет, не Клара, а кто там теперь у него работает, и соберет всю кучу.
Сопя, он кое-как обернул себя полотенцем и открыл дверь.
В коридор сразу повалил пар, и, пошарив рукой, Степан включил вытяжку, которая бодро и негромко загудела.
Нужно одеться. В одном полотенце холодно. Степан вышел из ванной и нос к носу столкнулся с учительницей своего сына, Ингой Арнольдовной.
— Я хотела звонить в МЧС и вызывать спасателей, — сказала учительница хладнокровно, — что вы там делали столько времени, в этой вашей ванной?
Он отлично знал, как выглядит со стороны — мокрые прилизанные волосы, красная рожа, медвежья туша, кое-где прикрытая веселым розовым полотенчиком.
Она давно должна была уехать, мать ее!..
Он прохрюкал нечто неопределенное, то ли извинение, то ли проклятие, прошагал мимо — на стенах задрожали картины — и с силой захлопнул за собой дверь в свою комнату.
Нет, это просто невозможно! Что она себе позволяет, эта чужая женщина, поселившаяся в его доме?! Он сразу, с порога, отпустил ее домой, почему, черт ее возьми, она не уезжает?! Что она делала под дверью ванной? Подслушивала? Вынюхивала? Что ей может быть от него нужно?
Он вытащил из гардероба любимые старые-престарые слаксы, в незапамятные времена купленные в Лондоне в магазине «Маркс энд Спенсер», и тоненький свитерок того же происхождения, вытянувшийся от многочисленных стирок настолько, что приходилось засучивать рукава.
И свитерок, и слаксы были проверенными средствами утешения, и Степану немного полегчало, как только он почувствовал кожей знакомую мягкость старой ношеной ткани.
Теперь он был вполне готов.
