Автор
В темном, влажном лесу, где дождь утих, воздух наполнялся ароматом земли и новыми стройками. Человек стоял на краю глубокого котлована, где начиналась его большая работа. Здесь пахло будущим домом и неизведанностью нового начала.
Похоже, «Близкие люди» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вчерашняя шикарная парковка прямо под окнами теперь оборачивалась другой стороной.
— Ну как о чем? О ребенке, конечно! Я же понимаю, как тебе несладко, Степа. Ну, наверное, хватит уже! Можно остановиться. Хочешь, я поговорю с людьми, которые действительно в этом понимают? Его можно отдать в отличный интернат, где ему будет хорошо и спокойно, и ты не будешь постоянно нестись домой, чтобы отпустить очередную няньку или, наоборот, найти ее…
Степан поерзал в своем кресле, старательно пытаясь справиться с горячим желанием немедленно вышвырнуть бывшую жену из машины.
Все же это было лучше, чем Леночкины излияния относительно Ивановой судьбы.
— Гадость какая, — сказала Леночка про Киркорова. Где-то она слышала, что люди с тонким вкусом не слушают таких исполнителей, как он. — Степ, выключи.
Степан помотал головой. Пребывание с Леночкой в тишине тесного автомобильного салона могло кончиться мордобоем. По крайней мере он за себя полностью отвечать не мог.
— Я не могу это слушать — продолжала тонкая натура Леночка. — Это какое-то убожество!
И переключила приемник с «Русского радио» на компакт-диск, чего Степан никогда в жизни не делал. CD-плейер с середины завел какую-то песню Гребенщикова. Очевидно, кто-то когда-то забыл в нем именно этот диск.
— Ну вот, — удовлетворенно сказала Леночка, — по крайней мере это можно слушать.
Степан покосился на нее с некоторым недоумением. О ее тонком музыкальном вкусе он даже и не подозревал.
В том, что она поехала в школу именно за этим, он ни секунды не сомневался. Вовсе не Иван ее волновал. И вовсе не из-за Ивана она назначила сегодня встречу на Степановой территории. Просто ей нужно было убедиться, что учителка существует в жизни бывшего мужа.
Он притормозил на светофоре и потянулся за сигаретами.
Прямо перед ним на панели приемника зеленым огнем горели большие иностранные буквы.
CD. И Гребенщиков пел заунывно.
Стоп.
Когда-то это уже было с ним. Именно с ним, именно в его машине.
Он никогда не слушает в машине ничего, кроме «Русского радио». Он приземленный, грубый мужлан с отсутствующим вкусом. «Русское радио» подходит ему больше всего. Он никогда не переключает приемник с радио на компакт-диск, и тем не менее когда-то, не так давно, приемник был точно так же переключен.
И не на другую радиостанцию, а именно на компакт-диск.
