Автор
В темном, влажном лесу, где дождь утих, воздух наполнялся ароматом земли и новыми стройками. Человек стоял на краю глубокого котлована, где начиналась его большая работа. Здесь пахло будущим домом и неизведанностью нового начала.
Похоже, «Близкие люди» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Сначала он курил в машине — Ингеборга видела в открытом окне согнутый пиджачный локоть и тонкую струйку синего дыма. Потом он курил рядом с машиной, шикарно облокотившись о ее полированный бок. Потом он стал поглядывать вверх и перестал следить за надлежащей красотой своей позы. Когда почти в половине девятого Ингеборга выскочила из подъезда, Валерий Владимирович уже вовсю посматривал на часы.
— Я прошу прощения, — пробормотала она с искренним страданием в голосе. Процентов пятьдесят этого страдания было вызвано тем, что она так свински опоздала, а пятьдесят — тем, что ботинки, которые она кое-как напялила, с ходу начали натирать ей пятки.
Валерий Владимирович, надо отдать ему должное, простил ее очень быстро и сразу затеял какую-то историю о том, как еще осенью провожал ее до дома.
Странно, что она не помнит! Неужели вправду не помнит?
Они еще так замечательно разговаривали тогда о Сомерсете Моэме и его творчестве и о том, что это явление не только литературное, но и историческое, но Ингеборга решительно не могла вспомнить никакого осеннего разговора о Сомерсете Моэме.
— Вы, наверное, просто меня тогда не слушали, — заключил историк с извиняющей улыбкой, — или я вас слишком заболтал…
Вот это скорее, подумала Ингеборга, чувствуя себя свиньей. Историк и вправду был очень мил.
Новые брюки, присланные мамой из Парижа и надетые по случаю ужина в ресторане с кавалером, собирались непривычными складками на животе и под коленками.
— Ну вот мы и приехали, — сообщил историк ласковым голосом. — Вы знаете это место, Инга? Это весьма неплохой китайский ресторанчик и очень-очень популярный!
Очень-очень популярный китайский ресторанчик фасадом смотрел на зацветающий весенний Покровский бульвар. Разноцветные бумажные фонарики как будто плыли в светлых апрельских сумерках, и щекастый мандарин в плоской шапочке, поклонами встречающий гостей, казался совсем настоящим.
