Автор
Ризясь еле слышно, я смотрю на врачей, которые изучают мою беременность через узи-снимок. Врачница тепло улыбается и распечатывает очередной документ, затем аккуратно протирает мой живот от геля перед тем, как я поднимаюсь со кушетки. Чуть прищурившись, я различаю два жмущихся друг к другу пятнышка на снимке — мои дочери....
- Лиля беременна.
Охренеть!
Откидываюсь на спинку стула, нервно потираю рукой подбородок. Загорский ошеломлен не меньше моего. Не столько самой новостью, сколько поведением Артура. Украла кое-то его, значит?
Как по щелчку, удивление Стаса сменяется гневом.
- Конечно, мы ждем Лилю в гости, - с трудом сохраняет ровный тон.
Быстро попрощавшись с женой, прерывает звонок. Стреляет в меня черным взглядом, но делиться услышанным не спешит. Алиса же просила.
- Я все слышал, - признаюсь я, игнорируя недовольное хмыканье бизнес-партнера.
(История Лили и Артура – в книге «Малыш от чужого папы. НеСлучайная связь»).
***
Алекс
Я обзавелся семьей, но на протяжении последних нескольких дней у меня совершенно нет на нее времени. И это уничтожает меня. Дана отдаляется, близнецы смотрят, как на врага. Терпят только потому, что мама попросила.
Проблемы в компании не позволяют мне в полной мере заняться примирением с детьми и завоеванием их мамочки. Я вынужден уезжать рано утром, а возвращаться, когда все уже спят.
Поэтому сегодня я позволил себе выходной. Примчался домой после обеда, но никого не застал. Видимо, Дана в это время гуляет с близнецами. Не в четырех стенах же им сидеть! Хотя так мне было бы спокойнее.
Впрочем, их отсутствие позволило мне сделать кое-что, что я давно планировал, но откладывал из-за занятости…
Слышу щелчок дверного замка и выскакиваю из обновленной комнаты, которая, надеюсь, понравится близнецам.
Стоит им переступить порог, как я превращаюсь в одну сплошную улыбку. Правда, Саша и Илья моего настроения не разделяют. Несмотря на их хмурые лица, рискую подойти ближе.
- Привет, - говорю ласково.
- Добрый вечер, Алекс, - чуть ли не деловым тоном бросают близнецы и по очереди протягивают мне руку.
Пожимаю маленькие теплые ладошки сыновей, в том время как хочется обнять и затискать вредных ребят.
Мы чертовски отдалились, как только Саша и Илья узнали, что я их отец. Когда я играл роль друга, они относились ко мне нормально. Даже тепло. А вот к папе появилась масса вопросов. И вместе с ними – обид. В какой-то мере понимаю мальчиков: от родного человека всегда требуешь больше, чем от чужого. Но от этого не становится легче. Наоборот.
Хреновый я отец.
