Автор
Пришла пора разобраться со всем этим скандалом: я, босс медиахолдинга, отправил свой биологический материал в клиник для ЭКО. Вадим тихо смотрит на меня, а мой муж обиженно фыркает, не веря своим ушам. Я закусываю губу и стараюсь сохранить спокойствие — все из-за двух взрослых близнецов, которых я вывела в свет....
Невозможно остановить распространение.
Хочу руку убрать, но мое запястье оказывается в крепкой хватке."
"— Нет, — незамедлительно отвечает Шторм, и я ему верю. Из груди вырывается облегченный всхлип. — У меня как-то и мысли не возникало подарить Лене это кольцо, — задумывается на миг. — Она предпочитала ювелирные изделия последней коллекции и обязательно с бриллиантами, — отпускает мою руку. — Черт. Хотя… О чем это я? У тебя будет все лучшее. Новое. Дорогое. Все, что захочешь…
Он прячет кольцо в ладони, собирается откинуться на спинку кресла, но я покашливаю возмущенно.
— Подарки не забирают, — изгибаю бровь. — И это кольцо… Оно намного ценнее бриллиантов последней коллекции, — вновь протягиваю руку. На этот раз Вадим действует быстрее. И вот уже на моем пальце красуется синее сапфировое сердце. — Ничего не хочешь сказать мне? — закусываю губу в ожидании.
Специально будоражу Шторма, провоцирую. Но в то же время горю сама.
— Выходи за меня? — на выдохе.
— Я думала, ты и так все решил, — прокручиваю колечко на пальце, поглаживаю камень.
— Да что ж ты такая язва сегодня, — нервно хмыкает Вадим и делает глоток воды. — Нет, я хочу, чтобы ты приняла осознанное решение. Сама захотела быть со мной.
— Зачем? Ты же берешь все, что пожелаешь, — пожимаю плечами.
— Не в твоем случае, — звучит хрипло.
— Почему? Что со мной не так? — «ковыряю» обледеневшего за всю жизнь Шторма, пытаясь докопаться до его чувств.
— Потому что тебя я люблю, — наконец, капитулирует он. — Настолько, что для меня крайне важна взаимность.
Улыбаюсь широко и искренне, подскакиваю с места — и приближаюсь к Вадиму. Импульсивно опускаюсь перед ним, опираясь руками о колени, голову запрокидываю и взгляд его ловлю.
— Это взаимно, Вадим, — заглядываю в янтарные омуты, что буравят меня пристально. — То, что я сказала Антону, звучало в прошедшем времени. И ничего общего не имеет с настоящим, — лепечу сбивчиво.
— Встань с холодной плитки, простудишься, — рявкает Шторм грозно, перебивая меня.
Ойкаю, когда Вадим сам поднимает меня и устраивает у себя на руках. Крепко обхватив ладонями талию, прижимает меня ближе. Носом в шею утыкается, ведет выше, в ушко целует. И шумно вбирает мой запах.
— Я люблю тебя, — произношу, наконец, самое важное. Наверное, с этого и надо было начать.
