Автор
Мы медленно движемся вокруг своей оси, окутанные теплыми вечерними сумерками и нежными взаимностями Дамира. Его взгляд, словно лазерный луч, впивается в меня, а его прикосновения — так бережно, но страстно — заставляют забыть обо всем на свете. Я влюблена уже десятилетие назад, и этот романтика остается моим единственным вечно....
Оно меня…черт, на части рвет!
Подаюсь бедрами снова. Стон слетает с моих губ, и он встает в дуэт с тихим смехом Дамира - самая прекрасная песня. Наше утренняя песня. Это мы.
Он собирает мои волосы, наматывает их на кулак и жестко вторгается. Потом еще и еще. Наращивает темп почти сразу, держит меня, не дает никуда двинуться.
Он управляет мной, как своей куклой.
Возможно, такое ощущалось бы плохо, но когда ты абсолютно доверяешь человеку? Это очень возбуждает. Как плыть по течению, следуя за большим кораблем, который защитит тебя от любой катастрофы.
Он тебя выведет.
И так происходит.
Еще порция жестких фрикций, и я чувствую, что уже не могу держаться. Впиваюсь ногтями в простыни и выдыхаю.
- Пожалуйста…
Дамир рычит.
- Можно.
Одно слово. Всего одно слово. И все мои замки открываются, как один. Падают-падают-падают, а все то, что они сдерживали - накрывает с головой.
Максимум чувств, эмоций, ощущений. Максимум «нас» всего в одном слове…
***
Пока Дамир принимает душ, я готовлю ему завтрак.
Иногда «доброе утро» раскрывается именно так. В хорошем сексе, мощном оргазме и ласковых поцелуях после.
- Все-таки мне с тобой дико повезло, - говорит Дамир, когда спускается со второго этажа, где находится наша спальня, - Аромат твоей стряпни почувствовал даже в душе!
Он плюхается на стул, а я бросаю взгляд и улыбаюсь.
- Почти готово. Сейчас.
- Чем порадуешь? Серьезно, Кать, пахнет охрененно.
- Омлет со шпинатом и форелью, а еще сделала тосты с авокадо. Не знаю, правда, как они…
- Давай сюда! Сейчас проверим.
Дамир мне подмигивает, а я выкладываю на тарелку готовые, поджаристые куски хлеба и достаю из холодильника зеленую кашицу, рецепт которой видела у одного популярного блогера.
Смотрю на нее с сомнением. Потом смотрю на Дамира.
- Что? - он поднимает брови, - Да брось, Католик, ты ж знаешь.
"Это правда. Дамир съест все, что я приготовлю. Он с самого юношества мой первый и главный дегустатор. Человек, который ни разу носом не повел, даже когда я откровенно лажала на кухне. Он ел все. И соленое, и клейкое, и откровенно подгорелое - все, лишь бы меня не расстраивать и не губить во мне это стремление. Готовить. Мне же очень нравится готовить. На самом деле, нравится. Он это знает и вот так поддерживает, стимулируя стремления развиваться.
