Автор
Второй том дилогии о героине, которая не может избежать встреч с человеком, разрушившим её жизнь. Между ненавистью и притяжением нет середины. Он доказывает ей, что расстояние — это иллюзия, а чувства сильнее любых преград. Драматичная история о любви, которую невозможно побороть.
Но, то ли сказался выпитый мной алкоголь, то ли я слишком сильно устала от всего происходящего и просто не в силах больше держать весь этот груз в себе, но так или иначе, в какой-то момент я сдаюсь. Поставив бокал на стол, перевожу взгляд на Машу, и, сделав глубокий вдох, рассказываю ей обо всем, что происходит между мной и Андреем от начала до самого конца.
Говорю абсолютно всё. О всех тех ночах, когда мы ночевали вместе, о том дне, когда тётя Люда рассказала нам, что мы не родственники, о том, что было после того, как Андрей забрал меня из клуба, о Кристине, о своей дурацкой, ничем необъяснимой ревности, и, наконец, о вчерашнем признании Андрея, и о том, что он хочет, чтобы мы с ним были вместе.
Выпаливаю всё на одном дыхании, стараясь при этом не смотреть подруге в глаза, потому что в данный момент больше всего боюсь увидеть в них осуждение.
Закончив свой рассказ, замолкаю и, кажется, даже зажмуриваюсь, готовясь к тому, что сейчас она попросит меня уйти из её дома, но вместо этого слышу:
- Ого! – перевожу взгляд на Машу, и вижу её расширенные от удивления глаза – Охренеть, я как будто в мексиканский сериал сейчас попала…
- Ты меня осуждаешь? – задаю вопрос, который в данный момент волнует меня больше всего, при это ощущая, как бешено бьётся пульс, заставляя голову кружиться – Я пойму, если так. Я и сама прекрасно осознаю, что всё это не правильно, мы же родственники…
- Ну, начнём с того, что вы, как я успела понять из твоего рассказа, как раз таки не родственники. Даже не семиюродные, Кать. Так что осуждать мне тебя не за что. Да и кто я вообще такая, чтобы судить людей за подобные вещи. – чувствую, как с моих плеч словно снимают тяжёлый непосильный груз, которые всё это время невыносимо сильно давил на меня, мешая дышать полной грудью. В этот момент перестаю, наконец, мысленно проклинать себя за то, что позволила себе слабину и поделилась своим секретом с единственным человеком, помимо Андрея, которому смогла довериться после стольких лет, проведённых в одиночестве. – Ты мне лучше скажи, ты сама-то как к нему относишься?
Этот вопрос задаёт меня врасплох. Когда я рассказывала Маше свою тайну, я, честно говоря, не ожидала, что от неё последуют такого рода вопросы. Думала, что с наибольшей долей вероятности она либо осудит меня, либо просто начнёт говорить, что всё это неправильно, грязно, и я должна разорвать с Андреем всякие отношения. В глубине души противилась таким словам, но всё равно ждала их.
