В забытом уголке города зазвучала музыка старых басов и нежных аккордов - здесь каждый слышит Блюз как символ времени. Музыкант с его ловкостью передает эмоции через каждую ноту, будто связываясь со всеми поколениями. Словно в ходе игры с песком на пляже, музыка приглашает к самому себе, заставляя ценить мгновения тепла и уюта в сердце каждого слушателя....
Сейчас ей бы пригодилась наша регенерация, но сможешь ли ты сдержать своего волка и погасить в себе вспыхнувшую страсть? Я понимаю, что это против нашей природы… но тем самым, ты поможешь ей. Твоя пара сейчас просто не в том состоянии… Ей нужен полный покой.
Станислав выразительно замолчал, позволяя Кириллу самому принять решение в данном вопросе. Ведь после укуса, его слюна попадет в кровь женщины, и запустит все природные процессы, пробуждая ускоренную регенерацию и перестройку организма на генетическом уровне.
– Да, – решительно произнёс он, даже особо не раздумывая. – Куда идти?
– Уверен? Ведь после метки, тобой овладеет инстинкт размножения.
– Я справлюсь, – Кирилл кивнул, точно зная, что сможет это сделать, несмотря ни на что.
– Тогда идем, – Станислав нажал на кнопку лифта и дверцы открылись.
Мужчины поднялись в палату. Увидев девушку, лежащую с капельницей в одной руке и гипсом на другой, посмотрев на лицо в ужасных синяках и кровоподтеках, Кирилл ощутил безумный страх, в очередной раз понимая, что мог не успеть и потерять ее, и тут же мысленно поклялся себе, что обязательно выяснит, кто это с ней сделал это и разорвет ублюдка на части.
– Она сейчас спит под действием лекарств, и ничего не почувствует. Мне выйти или остаться? – уточнил Станислав, не сводя взгляда с Кира.
– Я справлюсь, – рыкнул в ответ, и Стас поспешил скрыться за дверью.
Подойдя к кровати, волк замер, разглядывая опухшее сине-фиолетовое лицо девушки. «Родная… Какая скотина это сделала с тобой? У кого поднялась рука? Обещаю, я обязательно найду того, кто обидел тебя, и убью это мудака.
Кирилл, чуть дрожащими пальцами, осторожно провел по разбитым губам молодой женщины, а затем сдвинул в стороны ее светлые волосы, обнажив шею. Нагнувшись, Кир обвел место предполагаемого укуса языком, а потом вонзил зубы, ставя своей паре брачную метку.
