Он вызывал чересчур много эмоций, перепутанных, противоречивых, совершенно неуместных и непонятных.
Поначалу я просто злилась, что кто-то вроде него удостоен внимания высших чинов. Он был в моих глазах мерзким демоном, скверной, уродом — и я бы очень хотела его таковым видеть. Его слова, его суждения, его решения и взгляды… Не то, что должен одобрять ангел. Слова искусителя. Слёзы крокодила. Но я всё же начала чувствовать, что в глубине, под толщей возражений и приличествующих ангелу решений, яд слов Шаакси будит во мне иное.
Ангелу вовсе не приличествующее.
Сомневающийся ангел — слабый, недостойный, подверженный пороку ангел. Так говорят небесные штудии, и я обязана следовать им душой и сердцем.
Наверное…
Точно обязана!
Вот она, проблема: с этим Шаакси любое “точно” превращается в “наверное”. Что, разумеется, подлинный признак безумия.
Но не это самое плохое, о нет.
Хуже всего тот факт, что я чувствую себя рядом с ним так, как будто вернулась домой, то есть, на небеса, как будто он — моё Небо. Что, разумеется, отборная ерунда и ужасная ересь.
И, если разобраться, магия демонов — самое логичное объяснение таким мыслям и ощущениям. Я бы поняла это сразу, не будь я околдована. Но специально ли он это делает…
Мне очень нравится думать, что не специально.
— Допустим, — не отступился Пророк. — И всё же, почему вы решили, что Шаакси что-то сделал с вами? По моим наблюдениям, он поселил вас у себя дома, но, при всём своеобразии этого жилища, на попытку навредить это точно не тянет…
— Потому что он — маркиз безумия, а я — совершенно точно схожу с ума! — огрызнулась я.
Получилось намного резче и злее, чем даже в теории положено говорить созданиям света. Я тихо вздохнула и прикрыла лицо руками.
— Прости, о посвящённый. Моё поведение, несомненно, не приличествует ангелу. И это тоже один из признаков безумия. Которому ангелы, по идее, не должны быть подвержены вовсе.
Пророк задумчиво покачал головой.
— Это всё довольно сложно, моя дорогая, — отметил он мягко. — Грань между безумием и адекватностью — одна из тех совершенно субъективных границ, которые во все времена было крайне тяжело нащупать. Когда живёшь достаточно долго, чтобы пронаблюдать, как безумием объявляют, например, веру в круглую землю, или желание носить несоответствующую одежду, или нежелание вступать в брак — так вот, насмотревшись на такого рода вещи, к самому определению безумия начинаешь относиться с крайней осторожностью.
Я только отмахнулась."
"— С осторожностью или нет, но существуют на этом свете критерии, с которыми не поспоришь. В ходе своей работы я не раз видела людей, которых свело с ума соприкосновение с демонической энергией.