– О, вояки, флаг вам в руки! – осклабился один, горбоносый, с большими глазами, прячущимися под скалой выпирающего лба.
– Мародеры? – спросил я, не опуская ствол своего «КС-КМ».
– Почему сразу мародеры? Может, заблудились… – скривился другой, с родимым пятном чуть ли не во всю щеку. – Слышь, Стае, это как в том анекдоте. Камень на перепутье трех дорог и надпись: налево – «зосы», прямо – «вояки», направо – «кабаки и девки». Что это за аномалия такая, кабаки и девки?
Что зосы – аномалия, что вояки… Я мрачно усмехнулся. Знал бы этот остряк, насколько точно он попал. Мaы ведь и в самом деле аномалия. Марина постаралась.
– Так вы решили выбрать кабак? – насмешливо спросил Шпак.
– Ага, и девок! – хмыкнул горбоносый.
– А девки откуда?
– Так это, обещали.
– Кто?
– Бармен. Он сейчас будет…
– Если бы просто бармен… – предостерегающе покачал я головой.
И вдруг до меня дошло, что эти ребята спокойно воспринимают наше внешнее уродство. За вояк нас приняли, но не за зосов. Хамят, но на смех из-за увечных лиц не поднимают. И это заставило меня проникнуться к ним симпатией. А то, что камни в наш огород кидают, так это просто защитная реакция.
– А такой анекдот ты не слышал? – продолжал я. – Злоформер зверопса дрессирует, сидеть там, лежать, а рядом зомби стоит. Ничего, говорит, у тебя не получится. А злоформер ему в ответ – ты, мародер, тоже не сразу тапочки научился подносить…
– Смешно, – пренебрежительно скривился парень, которого, как я понял, звали Стае. – Только при чем здесь злоформер?
– При том, что ты мародер…
– А доказательства есть?
– Зачем нам доказательства? Мы можем вас прямо на месте приговорить…
– Ну, зачем же на месте? – спросил Крис.
Он выходил к нам из-за стойки. Голос его звучал бодро, даже весело, но в глазах сквозила досада. Он понимал, что мы могли вспугнуть его добычу. Наверное, он очень старался, заманивая этих ребят к себе на огонек. Возможно, так старался, так напрягал свои силы, что прозевал наше появление.
– Особенно порадуешься, когда тапочки научишься подавать, – сказал я, направляя на Криса ствол своего карабина.
– Эй, Джером, ты чего? – испугался злоформер.
Я видел, как завибрировал его взгляд, излучая парализующую силу. И даже ощутил легкое покалывание в области переносицы. Но его пси-магия на меня не действовала. Или он снова из сил выбился, или у меня усилился иммунитет против его гипноза.
Зато черное жерло моего карабина опускало его до состояния кролика перед оком удава.
– Я ничего, а ты давай обратно за стойку. И не дергайся, а то ты меня знаешь…
– Ты сам себя не знаешь, – предостерегающе нахмурил он кустистые брови. – А еще я должен тебя знать… Твое счастье, что Марина за тебя…
Он разозлился, но за барную стойку все же убрался.