Я, Шпак, Скорняк… А где Крис? Где Марица? Где все это чертово отродье?
За остатками барной стойки я увидел дверь. Коридор за ней, пищеблок и комната, где, ублажая, охмуряла меня своими разговорами Марица… Может, она и сейчас там. Вернее, он, злоформер – желеобразный, зеленый, пупырчатый монстр… Я даже не знал, смогу ли я убить его выстрелом из карабина.
– Что, уходим? – дрогнувшим от волнения голосом спросил Шпак.
Он хоть и находился под воздействием психостимулятора, страх все-таки держал его за грудки.
– Как твои глаза, сержант? – вопросом на вопрос ответил я.
– Да ничего.
– Если ничего, значит, хорошо. Чего тогда торопиться?
– Так не кормят же, – вставил слово Скорняк. – И блондинок вроде бы нет…
– Будут тебе блондинки, – буркнул Шпак. – Вон зомби сколько вокруг шляется. И блондинки там есть, и брюнетки. Станешь зомби, выбирай любую…
– Не наводи тоску на доску, сержант… Здесь оставайтесь. Дальше я сам…
Мне приходилось раззадоривать себя, чтобы преодолеть хоть и остаточный, но все же сильный страх… Казалось бы, какого черта я забыл в подсобке?.. Но именно этот черт, казалось, и приманивал меня к себе. Страшно, до сосущего холодка в желудке страшно, но я все же сделал шаг вперед.
Я не стал обходить барную стойку, как это бывало, когда я шел к Марице. Обломки этого сооружения валялись у меня под ногами, гнили в воде, мне оставалось только перешагнуть через них. И я шагнул, но вдруг шарахнулся в сторону: мне показалось, что Крис надвинулся на меня, прошел через мою плоть, как через бестелесный фантом, снял с полки несуществующую бутылку абсента…
– Командир! – услышал я надрывный голос Шпака.
Он стоял за спиной, освещая меня своими фонарями. И заметив, как я дернулся, встревожился.
– Все нормально, – успокоил его я. – Померещилось.
– Давай назад.
– Назад пути нет, сержант, только вперед…
Я шел в глубь этого подземелья с тем же чувством, с каким наша группа должна была отправиться за дробь-четвертую или даже за дробь-первую линию ограждения. Начальство не простит нам погибших пилотов и убитых Титаником спецназовцев.
И лучше не искать с ним примирения. Но углубляться в Аномалье так же страшно, как заходить за эту дверь, за которой, возможно, меня поджидает смерть…
ГЛАВА 15"
"Марица сидела на диване, чуть склонившись вправо, к дальнему от меня подлокотнику. Короткая черная комбинация на бретельках, ноги обнажены по всей длине, одна, в фирменном стиле, заброшена на другую, в руке дымящаяся сигарета. И комната узнаваемая. Красный свет ночника, ковер с охотничьими собаками на стене, стул с кривой спинкой, шифоньер со старым календарем на торце, кресло, два коктейльных бокала на журнальном столике.
Я зашел в комнату, спиной прижавшись к стене, в которую вмонтирована была дверь.