Объективно чугунная трость едва ли могла считаться весомым аргументом против восставшего из могилы мертвеца, зато она придавала мне, земной женщине, уверенности.
– Вступим с ним в контакт, – решила я и, торжественно приглушив голос, сказала: – Эй! Вы, видимо, доктор?
– Мира, ты что, он же не понимает по-русски, – зашипела Настасья, – это же шотландское привидение.
Я повторила свое приветствие на английском, проглатывая буквы и путая слова. Вряд ли я всерьез рассчитывала на успех, однако белая масса вдруг замерла на полпути и замогильным голосом произнесла:
– Что вам надо? Зачем вы меня потревожили?
Я нахмурилась. Наш личный триллер на глазах превращался в фарс, однако пока я не могла объяснить самой себе, что же именно в этой ситуации кажется мне комичным.
– Нормальненько! Это кто еще кого потревожил? – возмутилась Настасья. – Мы же просто спали. И спали бы себе.
– Это моя территория, – прорычал призрак.
И в этот момент я наконец сообразила, что именно меня смутило. Дыхание! Дыхание, упирающееся в мою шею, было теплым, человеческим! Не веяло от него ни могильной сыростью, ни затхлостью фамильного склепа, ни смутно-волнующим запахом церкви. Тем временем мои глаза почти привыкли к темноте (или набирающий обороты скудный северный рассвет взял наконец свое), и мне удалось разглядеть то, чего не замечала перепуганная Настасья, – то, что мы первоначально приняли за бесформенную сероватую субстанцию, на самом деле было не слишком чистой простыней, под которой явственно угадывались контуры человеческого тела."
"Я мстительно улыбнулась. Ну, мистер МакДоннел, вам не откажешь в изобретательности! Это же надо было – уговорить служанку скрипеть в коридоре, а самому тем временем молчаливо появиться из задней двери. Саму дверь мне тоже удалось разглядеть. В темноте мы не заметили, что в гостевой спальне было два входа.
К счастью, игривый шотландец и не подозревал, что он уже разоблачен. Он находился на своей персональной сцене и исполнял перед нами свою роковую роль, которая, по всему видать, была ему не в новинку.
– Что вы от нас хотите? – спросила я, выдвигаясь на передний план и оставляя позади зажмурившуюся Настасью.
– Вам трудно будет от меня откупиться, – прорычал «призрак», – всем, кто потревожит мой покой, грозит страшная смерть! Вы разделите со мной мертвенный мрак, и мы будем вместе блуждать ночами по окрестностям… Но если вы погибать не хотите… то есть один способ…
– Какой? – быстро поинтересовалась я.