– Но он не проявляет ко мне никакого интереса, – пожала плечами я, – лежит с закрытыми глазами и слушает музыку. Как я с ним познакомлюсь? Подойду и пну его ногой?
– А вот это уже твои проблемы, – рассмеялась Настасья, – ты как хочешь, а я пошла к своему Тарзану. Желаю тебе успеха.
Сбросив полотенце, Настасья летящей походкой направилась к вышке спасателя. Я проводила ее полулюбопытным-полузавистливым взглядом. Дорогой изумрудно-зеленый купальник аппетитно обтягивал ее литой танцующий зад."
"Одернув свои купальные трусы, которые выцвели от того, что не один сезон подряд выгорали под южным солнышком, я подумала, что мне тоже не помешали бы Настины акваупражнения для ягодиц. Я приняла твердое решение завтрашним утром последовать в воду за ней и уговорить ее выступить в роли моего персонального тренера.
Ну а пока, сотрясая заточенным в купальник жирком, я направилась к равнодушному меломану, по пути обдумывая, что же ему сказать.
НАСТАСЬЯК курортным романам я отношусь с некоторым недоверием. То есть пляжный флирт мне вполне по душе, но вот что касается максимальной степени сближения… Тут я не могу похвастаться фирменной Мириной смелостью и современностью. Я из тех девушек, которые вроде бы и не прочь легкомысленно броситься в омут очередного романа, но в то же время смутно видят каждого нового мужчину в роли дарителя заветного обручального кольца. И вот турецкие избалованные курортной вседозволенностью парни почему-то не казались мне подходящими на эту обетованную роль.
Хотя…
… Его звали Салим. Такое же солнечное имя, каким был он сам. Как я и подозревала, объект охотно пошел на сближение. Мне только и пришлось, что пару раз медленно пройтись вокруг его вышки, демонстрируя то плоский животик, то практически не прикрытую купальником попку. Все остальное сделал он сам.
Ему потребовалось семь с половиной минут для того, чтобы:
1. с обезьяньей ловкостью спуститься с вышки
2. в три прыжка оказаться возле меня
3. спросить мое имя
4. представиться самому
5. сообщить, что я самая красивая женщина из живущих на земле
6. пригласить меня и мою подругу окунуться вместе с ним в бесшабашность турецкой ночной жизни.
Я посмотрела в сторону Миры – она о чем-то довольно оживленно разговаривала с обладателем полотенца «Феррари». Ах, Мира, неугомонная энергичная Мира, куда же тебя на этот раз занесло? Почему-то с самого начала я знала наверняка, что ничего хорошего от этого знакомства ждать не приходится. Как выяснилось впоследствии, я оказалась права на сто процентов, но об этом потом.
А сейчас, как говорится, вернемся к нашим баранам. То есть туркам.
Салим был воплощенной эротической фантазией большинства тепличных бледных северных барышень.