Автор
В черном балахне калеки Дэна Каллагана жажда разума ожидает ванну. Улица наполняется дождем и тревогой, а он стучится в дверь своего сознания — где бесформенное существо Эфи Томасси смотрит на него из-за зеркала каминов.
Я оставляю это вам. Забыл, как звали человека, который заметил, что ненависть сродни любви. Если вы ненавидите меня, то в один прекрасный день измените свое отношение ко мне. Надеюсь, в этот день я окажусь рядом с вами.
Он захлопнул за собой дверь прежде, чем она сумела ответить.
Она опустилась в кресло и заплакала. И сама удивилась, что плачет. Мысль об этом привела ее в еще большую ярость."
"Хуанита, очень привлекательная в черном платье, сидела на диване возле камина, когда заявился Каллаган.
— Пойло в шкафу, сыщик, — сказала она.
Он сказал, что не поймал и что сезон убийств кончился. Смешал себе «Бурбон» с содой и льдом, добавил немного мяты, закурил сигарету и уселся в кресло напротив нее.
— Как дела, Хуанита? Все в порядке?
— О чем ты говоришь, Слим? — улыбнулась она. — Ты такой таинственный.
— Ничего таинственного. — Каллаган тоже улыбнулся. — Ты спокойна сейчас? Ты перестала волноваться, и я начинаю думать, что твои дела с Чарльстоном идут отлично. Надеюсь, он хорошо относится к тебе?
Хуанита перестала улыбаться.
— Я должна сказать тебе кое-что, ты, старый хрен. И ради всего святого, держи язык за зубами. Я выхожу замуж за Джилла Чарльстона, и ты повинен в этом. Ты говорил мне… может быть, чтобы избавиться от меня…
Он засмеялся.
— Я не скажу ни одной живой душе. Я думаю, что это великая новость. Вы оба будете жить как в огне. Во всяком случае, вы подходите друг другу. Только не забудь пригласить меня крестным отцом.
Он подошел к столу и налил себе еще выпить.
— Когда это произойдет, Хуанита?
— Очень скоро. Как только Джилл закончит свои дела. Мы поедем в Штаты и начнем новую жизнь.
Каллаган кивнул.
— Это прекрасно… Но вам понадобятся свидетели, когда вы будете жениться. И я буду считать себя оскорбленным, если вы не пригласите меня, особенно теперь, когда с делом Ривертона практически покончено.
— Да? А что они с ним сделают, Слим? Он ведь плохо вел себя.
Каллаган усмехнулся.
— Они повесят его. Щенок вышел из себя и застрелил Рафано. Он признался в этом. — Он нащупал в кармане конверт Гагеля. — Вот его показания. Но только это между нами. Прочти.
Хуанита начала читать.
— О боже! Ужасно! Как в детективных романах.
Она прочла показания и вернула их Каллагану.
— Так ты все закончил, Слим?
Он кивнул.
— Я закончу это дело завтра, в среду, а сегодня я был в Саутинг-Виллидже и сказал, что думаю об этом деле. Больше я ничего не могу.
