Автор
В черном балахне калеки Дэна Каллагана жажда разума ожидает ванну. Улица наполняется дождем и тревогой, а он стучится в дверь своего сознания — где бесформенное существо Эфи Томасси смотрит на него из-за зеркала каминов.
— Немного удачи — и я кое-что получу, Я знаю умение Каллагана задавать вопросы.
Филдс встал.
— Пойду поговорю с экспертами по баллистике. Они изучают пулю, пущенную Ривертоном.
— Это мысль, — одобрил Грингалл. — Возвращайтесь через час.
Филдс ушел, а Грингалл взялся за журнал.
Было десять минут четвертого, когда Каллаган появился в кабинете Грингалла. Инспектор заметил, что Каллаган как будто чем-то недоволен. Но этот факт его не удивил: он знал, что тот хороший актер.
Грингалл открыл ящик стола и достал коробку с сигаретами.
— Вы прекрасно одеты, Слим, — начал он с комплимента.
— Жаль, что не могу чувствовать себя так же, — отозвался Каллаган.
— А что случилось? Вы же знаете, что нам не стоит разговаривать о деле Ривертона. Мы с вами находимся по разные стороны забора, но вы слишком опытный человек, чтобы я говорил вам то, что вы хотите от меня услышать. Я ни о чем не спрашиваю.
Каллаган кивнул. Он взял сигарету и закурил. Потом откинулся на спинку кресла и посмотрел на Грингалла.
— Я знаю все это. Но не хочу попасть в неприятное положение, тем более испортить дело вам.
Он долго молчал и курил. Потом заговорил:
— Послушайте, Грингалл. Я открою вам карты. Сейчас же. Я хочу рассказать вам кое-что, и это вам может помочь, но не хочу говорить об этом раньше времени. Вы понимаете?
Грингалл улыбнулся: Каллаган снова принялся за старые трюки.
— Вы помните, как мы ссорились в этой комнате из-за дела Меральтона, когда вы грозились пойти к комиссару? — спросил инспектор.
Каллаган улыбнулся.
— Ах, это… Ну, это был вопрос техники… и все.
— Верно, — пробормотал Грингалл. — Это была только «техника». А откуда я знаю, что сейчас это не так?
Каллаган пожал плечами.
— Если вы ответите на один мой вопрос, я вам все расскажу. И вы увидите, какая «техника» привела меня сюда.
— Ладно, — сдался Грингалл. — Какой вопрос?
Каллаган выпустил кольцо дыма.
— Когда вы собираетесь предъявить обвинение Уилфриду Ривертону?
Грингалл поднял брови.
"— Хороший вопрос. — Инспектор казался спокойным. — А я хочу, в свою очередь, спросить вас: что сказал Гагелю молодой Ривертон?
— Тоже верно, — согласился Каллаган. — Я не возражаю против этого вопроса.
— Что?! — воскликнул Грингалл. — Вы откроете мне содержание заявления вашего клиента и практически осветите линию защиты?
— А почему бы и нет? — мрачно спросил Каллаган. Он наклонился вперед, чтобы быть ближе к Грингаллу.
