Романтическая история о девушке-блондинке, которая окончательно решается на отъезд из родительского дома в боевой академию. Страстная и решительная Рина приходит к участию в учебе под влиянием чувства свободы и желания сама принять важное решение.
Да и как-то ниже моего достоинства. Вообще, спрашивается, зачем я сюда полезла? Под кроватью Сильха убирались давно, в нос лезла паутина, от пыли хотелось чихать. К тому же нам с чемоданом не хватало места, поэтому его розовый бок немного торчал. Хорошо хоть, на противоположную от двери сторону. Какая же идиотская ситуация! Уж лучше бы я закрылась в ванной комнате. Там намного удобнее.
Я замерла и постаралась не дышать, надеясь, что Натаниэль уберется быстро. Что ему понадобилось у Сильха? Он почти не вел лекций у парней, не общался с фейри и вообще держался в академии особняком.
– Где она? – Голос Натаниэля дрожал от ярости, и мне захотелось испариться. Интересно, если я сигану в окно, меня не успеют поймать?
Натаниэль, похоже, пришел специально за мной. Я-то надеялась на самый обычный рабочий визит, никак не связанный с моей скромной персоной. Но увы. Вряд ли под «она» Натаниэль подразумевал кого-то другого.
– Кто она? – безразлично уточнил Сильх. – Или что она?
– Не придуривайся, ты прекрасно знаешь, кого я имею в виду. Твою внезапную невесту.
Сильх не ответил. Почему – я поняла буквально через мгновение, когда кто-то ухватил меня за ноги и вытащил из-под кровати прямо как была, в обнимку с чемоданом.
– Сам нашел, – с каким-то мрачным удовлетворением заявил куратор.
Я испуганно посмотрела на него и выдала свое коронное:
– Ой!
– Вот тебе и «ой»! – прошипел он.
– Так это я вот уже… – Спорить с ним совершенно не хотелось. – Видите, даже с чемоданчиком.
– Не рано переезжать собралась? – холодно поинтересовался Натаниэль, и почему-то от его голоса стало совсем плохо. Я чувствовала себя… не знаю… предательницей. Хотя объективно ничего не была ему должна и ни в чем не провинилась. Пока.
– Она моя невеста, – подал голос фейри.
Сильх стоял у стены, подпирая ее плечом, и с ленивым любопытством смотрел на разворачивающуюся перед ним сцену.
– Ну не жена же! – парировал Натаниэль. – Поэтому жить у тебя не будет.
– А мне больше негде, – жалостливо отозвалась я. – Меня выгнали…
– Неуживчивость – плохое качество!
Натаниэль подошел вплотную, рывком поднял меня и, закинув на плечо, потащил к выходу, как барана.
