Романтическая история о девушке-блондинке, которая окончательно решается на отъезд из родительского дома в боевой академию. Страстная и решительная Рина приходит к участию в учебе под влиянием чувства свободы и желания сама принять важное решение.
Это лучше, чем идиотские испытания, придуманные Адамом. Все равно, что будут думать обо мне в академии, главное, что лучшей меня назовет король! Какие еще признания нужны? Мне хотелось петь, танцевать и совершать глупости. Поэтому я еще долго бегала по берегу озера от Натаниэля и кидалась в него снежками!
Потом снова был ужин в том же уютном ресторане, а затем меня отвели в отдельную комнату. Этот несносный мужчина всерьез решил ждать до свадьбы, а я не рискнула сказать, что свадьбы не будет еще долго. Сначала я хочу доучиться.
И надо сказать, у меня это отлично получилось. Возможно, потому что он сам не очень-то хотел сопротивляться. Мы так долго держались друг от друга на расстоянии, что, оказавшись в тишине одной комнаты, просто не смогли остановиться.
Поцелуи были жаркими, а руки – смелыми. Я ни на секунду не пожалела о том, что сегодня ночью постучалась в его дверь.
Горячие ладони скользили по обнаженной спине, губы ласкали шею. Я непослушными пальцами расстегивала пуговицы на его рубашке, чтобы прикоснуться к теплой упругой коже. Сносило крышу от ударов его сердца, ускоряющего ритм под моими несмелыми касаниями.
Я целовала Натаниэля снова и снова, в перерывах не забывая шептать:
– Ты только мой!
– А ты моя, – отвечал он, когда нес меня на руках к кровати.
И тихое на хриплом выдохе: «Люблю», когда заключал в жаркие объятия, прикасаясь пылающей обнаженной кожей.
Эта ночь стала особенной, очень важной для меня. И, засыпая на плече любимого мужчины, я точно знала, что совершенно, абсолютно счастлива.
Мы вернулись только через три дня. Еще заехали в гости к моим родителям.
В академии было шумно, а я поняла, что стала местной звездой. Весть о том, что девушек убивал Адам, а я его остановила, разнеслась, как ураган, и меня чуть ли не боготворили.
