Романтическая история о девушке-блондинке, которая окончательно решается на отъезд из родительского дома в боевой академию. Страстная и решительная Рина приходит к участию в учебе под влиянием чувства свободы и желания сама принять важное решение.
Кажется старше, что ли… Словно то, что их волнует сейчас: девчонки, секс, отношения, – для него перестало быть важным. А может, и никогда не было.
– Думаешь, он не по девочкам? – с подозрением поинтересовалась Зейна.
– Судя по Сабрине, девочки его все же интересуют. Или интересовали… не знаю. Просто ему нужен друг. Как-то случайно вышло, что у меня немного получается им стать. И я ему помогу. Не могу подставить. Не после того, как он спас меня от Адама.
– А как же Натаниэль?
– Натаниэль уехал, а до этого четко сказал, что думает про отношения со студенткой.
– И ты не будешь бороться?
– Ты что? – Я невесело усмехнулась и допила бокал вина. – Я же Рина Флорейс. Я не бегаю за парнями. Это они бегают за мной.
– Да кто бы сомневался, – фыркнула Зейна и расслабленно прислонилась к кровати.
И в этот момент раздался стук в дверь. Я едва не выронила на ковер бутылку с остатками вина. Точнее, я-то выронила, просто Зейна успела подхватить.
– Да что же это такое… – прошептала я, пытаясь слиться с ковром.
Стук повторился. Я осторожно подошла к двери и замерла, прислонившись ухом к щели. Сердце бухало в груди, и больше всего хотелось провалиться сквозь пол, желательно прямиком в уютную кроватку в родительском доме.
– Кто там? – осторожно спросила дрожащим голосом.
– Подкроватный монстр! – раздраженно отозвался Сильх из коридора, и я второй раз за вечер облегченно выдохнула.
Даже открыть не сразу сумела. Оказывается, от волнения у меня начали нехорошо трястись руки. А может, не от волнения, а от алкоголя.
– Ты что, пьяная? – удивился он, шагнув в покои Натаниэля.
– Нет. – Я замотала головой и вытянулась по стойке «смирно», а потом возмущенно выдохнула: – Эй! А тебе-то что?! Ты же не мой настоящий жених! Что раскомандовался-то?
– Ага! И об этом уже знают все! – с обидой выдохнул Сильх.
Он раздраженно кивнул в сторону Зейны, которая сидела на полу и прижимала к себе пустую бутылку из-под вина Натаниэля.
– Я не все! – Подруга наконец отмерла и подала голос, осознав, что ситуацию надо спасать.
– Что известно одной девчонке, известно всем, – сказал Сильх.
– Нет. Я могила. Ничего не скажу, никого не выдам. Правда!
– Правда, – подтвердила я, а Сильх вздохнул и прошел в комнату.
