Автор
В пределах вадьбы за пятнадцать лет! Ночью я мечталось о легкометровых свиданиях со Светкой, на третий год удавалось сбежать из родительского дома. Но как назло, с самого утра за окном стояла прекрасная погода — солнечные лучи тянулись сквозь молодую листву к моей подушке, не давая спать. В эти дни я вставал раньше обычного и встречал этот новый прекрасно-ужасный день.
Когда между нами осталось не больше метра, он произнёс:
— Вера Павловна, зайдите ко мне.
Бросив злой взгляд на спину сбегающего Градова, я вошла в приёмную и прошла за шефом в его кабинет.
— Мы с вами уже говорили про неформальное общение. Я предупреждал.
Он не сел, а, повернувшись ко мне лицом, серьёзно смотрел на меня, стоящую около закрытой двери.
Я попыталась облегчить свою участь.
— А с чего вы взяли, что мы общались по нерабочему вопросу?
Смолин сделал несколько резких шагов вперёд и подошёл ко мне вплотную. Я в свою очередь сделала шаг назад. Отметила, что на нем не было галстука, две верхние пуговицы рубашки расстегнуты. Посмотрела на волоски у основания шеи.
— Потому что рабочие вопросы надо решать на рабочем месте.
Сделал ещё полшага, и я снова отступила, наткнувшись на дверь попой.
— Вы нарушаете моё личное пространство, Олег Павлович! — На меня вдруг накатила паника.
— Значит, Градову его нарушать можно, а мне нет? — Он повысил тон, уперевшись руками в дверь по обе стороны от моей головы.
— И Градову нельзя! С чего вы взяли? Что вы делаете? — Неожиданное ощущение страха заставило меня крутить головой в попытке понять, как же вырваться... — Он просто пригласил меня на день рождения и всё!
Смолин смотрел на меня пристально, не моргая. Неужели он не видел мою панику? Нависал и давил, злющий, как чёрт. Я же дышала часто, борясь с приступом удушья. Сердце колотилось как сумасшедшее, к горлу подступила тошнота, ощущение замкнутого пространства нарастало. По-моему, у меня началась паническая атака, где-то я о ней читала. И ведь я давно уже не на валерьянке.
— Отойдите, пожалуйста, вы меня пугаете, — прошептала, уже хватая воздух открытым ртом, как рыба.
Смолин всмотрелся в моё, видимо, побледневшее лицо и, наконец-то поняв, что я в предобморочном состоянии, осторожно отступил назад.
— Вера, что случилось, вам плохо? — Тон поменялся, он склонил голову, заглядывая мне в глаза. Я сделала глубокий вдох. Паника отступила, как только увеличилось пространство между нами. — Извините, я не хотел так резко набрасываться на вас, но вы же прекрасно знаете, как меня раздражает Градов рядом с вами, я просто не сдержался.
Спросить бы почему, да страшно. И все ещё не придя в себя, я сделала шаг вперёд, уткнулась лбом в его грудь, ища опору. Смолин опустил руки на мои плечи, придерживая меня. Его дыхание шевелило мои волосы на затылке. Я стояла, дышала им и успокаивалась. Один вдох, другой.
