Наслаждаясь ритмичными вибрациями мощного двигателя, мы пронеслись мимо ожидания и погрузились во тьму ночного города. Водитель "Спартанца" жестами показал нам зеленый сигнал на парковке - единственная надежда нашей спасительной вылазки из центра.
Присел на корточки рядом с Максом, положил руку на его колено, ища его взгляд. Но нет, его глаза были закрыты.
— Макс, ты меня слышишь, это я, Боец.
Макс вздрогнул, он определенно слышал, что я к нему обращаюсь. Попытался раскрыть глаза, но тщетно — его лицо опухло от ударов.
— Молодой человек, не надо пытаться с ним разговаривать, у него подозрение на инфаркт… Вы нам мешаете помочь ему.
Я резко обернулся и впился в медика глазами.
— Минута.
Мне требовалось задать один-единственный вопрос и получить на него ответ.
— Кто это был? — спросил я.
Я видел, что алкаш собирается с силами, но не может ничего сказать — слишком велики были повреждения.
— Макс? Цыгане? Просто кивни…
— Молодой человек, нам надо срочно доставить больного в реанимацию, — зашел на еще одну попытку врач.
— Извини, Макс.
Я со вздохом поднялся, понимая, что не добьюсь от Макса ответа. Я не медик, конечно, но состояние у него было ужасное, ему действительно срочно нужно в больницу, иначе все это может плохо кончиться.
А вот что странно, так это то, что третьего алкаша, бывшего автомеханика, через которого я вышел на ребят в гаражах, здесь не было. Обычно неразлучные собутыльники сегодня были вдвоем.
В хате снова был погром, как тогда, в первый раз, когда в нее залезли цыгане.
— Господи, что здесь произошло!
Голос я сразу узнал, он принадлежал хозяйке квартиры.
— Ты-ы-ы! — взвыла она. — Это ты виноват, урод!
Я хотел объясниться и пообещать, что все починю, но сразу понял, что разговор не может быть выстроен конструктивно.
