Автор
Девушка случайно привлекает внимание принца мафии Джереми Волкова. Невинная ошибка превращается в ловушку, из которой нет выхода. Он разрушает её привычный мир, вытаскивая из тени. Теперь ей предстоит противостоять опасному мужчине, чьи чувства сильнее его холодного сердца.
Странно видеть, как он занимается такими обыденными вещами, как готовка. Он похож на человека, которого всю жизнь кормили, и который не знает, как выглядит кухня изнутри.
— Вместо того чтобы смотреть, так, будто мудак ты, может, накроешь на стол?
Я вздрагиваю от того, что он внезапного заговорил. В его голосе есть что-то такое, глубина или хрипловатый оттенок, что каждый раз меня задевает. Даже когда он ведет себя непринужденно. У Джереми голос, который создан для того, чтобы командовать, голос, который, как я представляю, был у генералов и военачальников в древние времена.
Собравшись с мыслями, я скрещиваю руки.
— Забавно. Я думала, что ты мудак
— Я готов поделиться. — Он смотрит на меня через плечо. — Словом, а не чем-то другим. Ты можешь помочь?
— А если я не захочу? — медленно спрашиваю я.
— Помнишь о том, что нужно выбирать битвы? Это идеальный пример. Не провоцируй меня по пустяковым причинам, или ты будешь единственной, кто пострадает от этого.
Мне так хочется схватить ближайший предмет и бросить его ему в голову, но он прав. Я только усугублю ситуацию, если он решит надеть свою шляпу мудака.
Вздохнув, я направляюсь к шкафу и начинаю искать утварь и посуду. Это занимает больше времени, чем если бы я спросила его об их местонахождении, но к черту. Я лучше потрачу время впустую, чем буду с ним разговаривать. Это моя форма бунтарства.
Джереми не предлагает помощи и продолжает готовить.
Когда я нахожу две тарелки — одну со сколом по краю, два стакана и посуду, я чувствую себя немного победителем.
Мне требуется больше времени, чтобы отмыть поверхность стола с помощью найденного мной моющего средства. Я останавливаюсь только тогда, когда он уже не такой жирный. Чтобы убедиться в этом, я оттираю досадные следы на углах.
И так далее, и далее, я тру эти пятна, отказываясь признать поражение.
— У тебя что, ОКР?
Я вздрагиваю от голоса, раздавшегося рядом с моей спиной. Я бы солгала, если бы сказала, что забыла о его присутствии, но думала, что он все еще у плиты и у меня есть еще немного времени, чтобы попытаться забыть о его присутствии.
— Тут... жирно. — выдохнула я, когда он поставил сковороду на поверхность. — Как ты вообще можешь есть в таком месте? Это угроза гигиене.
Он открывает один из шкафов и достает бутылку водки. Я смотрю на нее так пристально, что удивляюсь, как она не разлетелась на куски.
